Книга Разговор с тенью, страница 25 – Георгий Юрский

Ей было больше двадцати лет, но копна рыжих волос, курносый нос и россыпь веснушек делали ее похожей на подростка. Они ехали в служебном УАЗике в сторону гостиницы, где остановился Антон Родионов и помощник покойного Владимира Николаевича по имени Стас.

— Ну это раз. Главное, это то, что редко когда разговор, ну в смысле опрос или допрос, ничем не заканчивается. Если подозреваемый сознается, надо закреплять признание. Ковать железо, пока горячо. Прокуроры и судьи, в отличии от нас, с работы вовремя уходят. А так начал с утра, есть шанс домой вовремя попасть, – Олегу невольно было приятно от сознания того, что он может делиться опытом с молоденькой сотрудницей.

Хотя Алла и не была особенной красоткой, но мужчине льстило то, как внимательно она его слушает.

— А если подозреваемый не сознается?

— Тоже бывает. Может адвоката бесплатного из коллегии попросить. Опять же, днем есть шанс вызвать. Если нет, потом может жалобу подать, что лишили права на защиту.

— Да-да, это статья шестнадцать уголовно-процессуального кодекса, – отбарабанила девушка.

— Точно. По-моему, еще в одиннадцатой статье что-то есть. Пару раз мне прилетало за то, что права гражданам не разъяснял. Насмотрелись американских детективов с правилом Миранды, – Олег скорчил гримасу, после чего воодушевленный вниманием юной коллеги, продолжил: – Еще при обыске важно подозреваемого дома застать, тоже критично для суда. Иначе будет говорить: «все подкинули».

— Но сегодня же обыска не будет? Это ведь жилище, без санкции суда нельзя? – Алла явно что-то выучила в школе МВД.

— Можно обыскивать с санкции следователя. Гостиница не место жительства, а место пребывания. Но дела еще нет, так что можем только в порядке сто сорок четвертой статьи истребовать предметы. Например, телефон. Или компьютер. Это уже как выемка квалифицируется.

Девушка смотрела на Олега как на божество, отчего тот даже покраснел. Они припарковались возле гостиницы и зашли внутрь. Заспанный администратор беспрекословно выдал мастер-ключ, чтобы полицейские при желании могли зайти в оба номера. Но вламываться не пришлось, оба подозреваемых открыли двери и беспрекословно согласились на поездку в отдел для допроса. Олег специально подогнал два полицейских УАЗика, чтобы подозреваемые не смогли в пути договориться о единых показаниях.

Первым он решил опрашивать Стаса, крупного мужчину средних лет, служившего личным помощником Владимира Николаевича Родионова. Но опрос продолжался ровно пять минут.

— В соответствии со статьей пятьдесят один Конституции Российской Федерации я отказываюсь давать показания, – отбарабанил тот и замолчал.

Никакие угрозы и увещевания на него не повлияли. Он казался пуленепробиваемым, и как будто даже слегка заторможенным. «С другой стороны, а чего от него ждать? У чувака профессия – таскать полуживого пациента в туалет. Тут с обычной психикой кукуха поедет», – для себя резюмировал Олег. Тем не менее, он дал поручение Алле проверить установочные данные на Стаса.

Оставался Антон Родионов, сын покойного. Тот тоже оказался не прост. Но как давно понял Олег, люди, считающие себя умными и продвинутыми, это намного более легкая добыча для полицейских, чем простые и недалекие граждане. Умным кажется, что они могут легко переиграть дознавателя или следователя, и они начинают интеллектуальную игру. Но соревноваться приходится по правилам силовиков, а те выигрывают всегда.