Книга Лесной гамбит, страница 97 – Эльхан Аскеров

— Обними меня, любый. Покрепче. Чтоб аж косточки хрустнули.

— Не сломать бы, – усмехнулся Руслан, прижимая ее к себе.

Счастливо охнув, Санька припала губами к его шее, царапая кожу на плечах острыми коготками. Очнулись они примерно через час. Отдышавшись, Руслан бросил взгляд в окно и, вздохнув, проворчал:

— Не хочется, а служба не ждет.

— Придешь еще? – прижимаясь к нему, жарко спросила девушка.

— Где тебя в городе искать? А то буду в запертые двери ломиться, а ты на деле, – хмыкнул Шатун.

— Никуда не пойду, – решительно мотнула Санька головой. – Тебя ждать буду.

— Ты мне вот что скажи, – подтягивая к себе стул с одеждой, поинтересовался Руслан. – Тебе, кроме нынешнего дела твоего, еще что-то интересно?

— Есть у меня мечта, – помолчав, улыбнулась Санька. – Всегда хотела кондитерскую свою завести. Чтоб выпечкой свежей пахло, ванилью, и калачи горячие на прилавке, с пряниками вперемешку. Я уж даже лавку подходящую присмотрела. Там и печка добрая имеется. Да только хозяин той лавки дорого ее ценит. Словно та собака на сене. Сам не гам и другим не дам.

— А что там раньше было? – заинтересовался Руслан.

— А кондитерская и была. Да только тот хозяин глуп, как пробка. Цены задрал так, что никто и ходить туда не хотел. Ну, сам посуди, за калач десять копеек, когда такой же у базара две стоит. Кто ж его купит?

— Он совсем дурак? – удивленно оглянулся Руслан.

— Говорю же, глуп, как пробка, – фыркнула Санька.

— И сколько он за ту лавку хочет?

— Сто пятьдесят рубликов на ассигнации, да еще и без торга, – возмущенно объявила девушка цену. – А у меня только семьдесят. А еще муку, сахар, специи всякие покупать надо. Вот и сижу, локти кусаю, – вздохнула она.

— Так он еще не продал ее? – удивленный суммой, уточнил Руслан.

— Так потому и не продал. Цена-то несуразная.

— И давно он ее продает? – не унимался Руслан.

— Так с полгода уже, – задумчиво протянула девушка.

— Ладно, – застегивая пояс, вздохнул Руслан. – Дел много, так что, когда приду, не знаю. Обещать точно не стану. Но голодный буду точно. Так что вот. Держи. Продуктов купишь, ну или готового чего, – закончил парень, выкладывая на стол ассигнацию в десять рублей.

— Куда столько-то? – ахнула Санька, разглядев номинал.

— А ты на меня глянь, – иронично усмехнулся Шатун. – Такую раму прокормить, проще пристрелить.

— Тьфу, дурень, – всплеснула Санька руками. – Чего несешь-то такое?! – возмутилась она, выскакивая из постели.

— За ужином сама увидишь, – усмехнулся Руслан, прижимая ее к себе и крепко целуя.

Легко сбежав с крыльца, он внимательно осмотрелся, отмечая про себя и ухоженный палисад, и чисто выметенный двор, и старый, но еще крепкий забор. Похоже, кто-то тут за всем этим хозяйством присматривал. И делал это на совесть. Выйдя на улицу, Шатун поправил папаху и решительно зашагал к штабу.

Выбор был не большой. Забежать домой, чтобы переодеться и привести себя в порядок, или отправиться на службу, чтобы убедиться, что ничего экстренного не произошло. Руслан выбрал второе.

Встретивший его в кабинете Рязанов иронично усмехнулся и, качнув головой, проворчал:

— Ох, и рисковый ты, Руслан. Давил, давил каторжных, а после из них же себе полюбовницу завел. Не боишься, что она на тебя их и наведет?

— Не боюсь, – отмахнулся Шатун. – К тому же она и сама от них уйти хочет. Ты лучше скажи, что у нас новенького?