Книга Лесной гамбит, страница 109 – Эльхан Аскеров

— Княже, дозволь, я ему малость язык укорочу, чтоб знал, с кем говорит, – зло предложил один из державших купца казаков.

— А говорить он как станет? – хмыкнул Руслан в ответ. – Нет, язык это лишнее, а вот чего другое это запросто. Но не здесь. Вот в камеру его определим, там и повеселимся, – зловеще пообещал он. – На дыбе все поют. А как семью его арестуем за пособничество лазутчикам иностранным, так и вовсе шелковым станет.

— Не тронь семью, ваше благородие. Там дети малые, – вдруг взвыл купец, падая на колени. – Все расскажу, как на духу.

— Я уже все сказал, – пожал Руслан плечами. – Честно покаешься, отдам жандармам. И семью не трону. А нет, никому пощады не будет. Все по закону в Сибирь уедут.

* * *

Аресты по Краснодару пронеслись вихрем. Никто и понять толком не успел, что происходит. Фигурантов брали прямо на улицах города, по уже отработанной схеме. Пара казаков, карета, короткая возня, и все стихло. Карета едет дальше, а казаки как ни в чем не бывало гуляют себе дальше. Подвал, отведенный князем Тархановым под временную тюрьму, очень быстро заполнился подозреваемыми, так что Руслану пришлось задуматься о поиске другого помещения для их изоляции от общества.

Неким образом этот вопрос помог разрешить примчавшийся из Грузии жандармский поручик. Скинув на него всех обвиняемых в фальшивомонетничестве, то есть мелкую сошку, исполнителей, показания которых давно уже были запротоколированы, Шатун занялся серьезной рыбой.

Трое чиновников средней руки. Два купца первой гильдии и один иностранец, которого казаки умудрились выкрасть прямо из снимаемого дома. Даже личный слуга его так ничего и не понял, пока сам не оказался в застенках контрразведки. Пользуясь полученной свободой и документом, который им с Рязановым вручил генерал Татищев для наведения порядка на их участке приграничья, Руслан сам себе выписал ордер на обыск и под эту сурдинку перевернул жилища обвиняемых вверх дном.

В итоге бумаг, писем и прочих подтверждений вредоносной деятельности фигурантов набралось столько, что на три срока каждому хватит. Быстро сообразив, что игры кончились, фигуранты принялись наперебой каяться, норовя утопить друг друга. Проведя первичную подготовку, Шатун был вынужден вызвать в Краснодар Рязанова. Местный документооборот для него все еще оставался чем-то вроде терра инкогнито.

Майор, регулярно получавший от него короткие донесения, едва сообразив, какой объем работы его ждет, сначала схватился за голову, а после долго и изысканно матерился. Слушая его изречения, Руслан только одобрительно головой кивал. Дав ему спустить пар, Шатун налил в стопку коньяку и, подав ее приятелю, иронично поинтересовался:

— Полегчало?

— Сгинь, нечисть, – фыркнул Рязанов в ответ, беря рюмку.

— Врешь, я вчера в бане был, – и не подумал обижаться Руслан. – Ты, чем в изящной словесности упражняться, лучше бы подумал, что мы можем у генерала под это дело выпросить.

— И чего тебе надобно, вымогатель? – вздохнул граф, лихо опрокинув рюмку и закусывая коньяк лимоном.

— Денег, – пожал Руслан плечами. – Забыл, что нам с тобой еще строиться надо? Земли нам от души нарезали, а она так и стоит без дела. Непорядок, не находишь?

— И как ты себе это представляешь? – озадачился Рязанов. – Что я пойду к генералу и прямо у него в кабинете заявлю, что желаю в награду денег получить?