Книга Шаг в неизвестность, страница 122 – Эльхан Аскеров

Михаил, давно уже заметивший настороженность парня, проделывал то же самое с другой стороны, так же внимательно контролируя свой сектор. Казаки, вынужденные стоять службу с простым людом, дожидались их у ворот церковного двора, так же внимательно сканируя окрестности. Закончив с раздачей мелочи, Руслан вышел за ворота, и кучер уже начал разворачивать коляску, когда рядом с Вяземскими словно из-под земли выросли три странные фигуры. Молодые, наглые, одетые с претензией на роскошь, эти парни больше всего напоминали приказчиков у богатых купцов. Служба закончилась на рассвете, так что на улице уже начало светлеть, и рассмотреть неизвестных не составляло никакого труда. Шагнув к полковнику и его дочери, приказчики остановились и, окинув девушку оценивающим взглядом, начали гнусно усмехаться.

— Христос воскресе, барышня, – шагнув еще ближе, произнес заводила.

— Воистину воскресе, – холодно отозвалась Катерина, кутаясь в широкую шаль.

— Не по-божески поступаете, барышня. А как же похристосоваться? – делая еще один шаг и продолжая ухмыляться, спросил приказчик.

Это была своего рода религиозная ловушка. После этого приветствия, по канону, полагалось трижды поцеловаться с человеком, поздравившим тебя с праздником, и парни нередко пользовались этим, чтобы сорвать поцелуй у понравившейся девушки. Но лезть с подобным предложением к знатной девице было верхом нахальства.

— С собутыльниками своими христосуйся, – отрезал полковник, заслоняя собой дочь.

— А ты, дядя, гонор-то придержи, пока бока не намяли, – небрежно огрызнулся один из троицы.

— Может, со мной попробуешь? – прошипел Руслан, шагнув им навстречу.

В своей роскошной белой черкеске и с полным Георгиевским бантом на груди парень являл собой весьма впечатляющую фигуру. Казаки, стоявшие метрах в семи от ворот, рядом со своими конями, бросили поводья и направились к приказчикам, на ходу разматывая нагайки.

— Вам чего тут, псы шелудивые, надобно? – грозно поинтересовался хорунжий, надвигаясь прямо на заводилу.

— Ты кого псом лаешь, шваль?! – тут же взвился тот. – Да ты знаешь, кто за мной стоит?

— А мне плевать, – зло усмехнулся хорунжий и стремительно взмахнул рукой.

Нагайка подсекла приказчику ноги, и тот, охнув, рухнул на мостовую. Свистнув в воздухе, нагайка прошлась по упавшему организму, заставив того взвыть от боли. Двое остальных тоже недолго задержались в стоячем положении. В течение пары минут на улице слышались только вопли боли и посвист нагаек. Казаки обрабатывали наглецов от всей души.

— Хватит, – осадил своих бойцов Руслан. – Свяжите их, и в холодную. Пусть проспятся.

— Только в нашу холодную, – добавил, подходя, граф. – Есть у меня к ним несколько вопросов.

Не давая трем недоумкам опомниться, казаки скрутили их сыромятными ремнями и, перекинув через седла, увезли.

— Ну, и что это было? – задумчиво спросил Руслан, глядя им вслед.

— Завтра узнаем, – небрежно отмахнулся Михаил. – Твои казаки их так обработали, что, протрезвев, они шелковыми будут. Ваше превосходительство, сударыня, позвольте откланяться, – повернулся он к Вяземским.

— До свидания, Михаил, – улыбнулась в ответ Катерина.

— Честь имею, граф, – щелкнул полковник каблуками.

Руслан усадил их в коляску и, отвезя домой, распрощался, пообещав, что вечером они с девушкой снова увидятся.