Книга Шатун: Шаг в неизвестность. Казачий князь, страница 102 – Эльхан Аскеров

— Ну, смотри, дядька Кузьма. Коль придут ко мне бабы ругаться, что им ещё и тут работать придётся, я всё на тебя свалю, – ехидно пообещал Руслан.

— Не придут, – отмахнулся казак. – Не дуры ведь. А на такой случай у тебя управляющий имеется. Ещё не хватало, чтобы князь самолично бабьи дрязги разбирал.

— Ладно, старый. Поехали домой, – усмехнулся Руслан, хлопнув его по плечу.

— Ты полегче, княже. Старый я, чтобы такие тумаки сносить, – проворчал Кузьма, потирая плечо. – У тебя ж лапа, как у того медведя.

— Ну, прости, дядька. Я ж по-дружески, – развёл Руслан руками.

— Оно понятно. Будь оно со зла, я б тут уже и преставился, – рассмеялся конюх. – Ох, и одарил тебя господь силушкой, – покачал он головой, усаживаясь в седло своей кобылы. – И правда, что шатун. Метко прозвали.

— Не ворчи, дядька Кузьма, – отмахнулся Руслан. – Лучше скажи, как там выученики твои? Науку постигают?

— Будет с ребятишек толк, княже, – решительно кивнул старик.

— А учишь чему? – не отставал Руслан.

— А всему учу, княже. Всему, что сам знаю. Думал я тут на досуге про слова твои. Верно ты сказал. Не должна наука пропасть. Ни одна. Не для того её пращуры собирали да хранили, чтобы потерять ни за понюшку табаку.

— И многие так думают? – заинтересовался Руслан.

— А почитай все, кто мальчишек учить взялся. Мы с казаками долго судили да рядили. Верно ты всё говорил. И сироты те тоже должны наукам учиться. Тогда и роды казацкие не загинут. А то получается, что коль отца в бою срубили, то и сына выучить некому становится. Добро, ежели хоть дядька родной имеется, что сможет и науке воинской обучить, и казачьему кругу представить. А коли нету? Выходит, и род казачий сгинул весь?

— Верно сказано, – поспешил согласиться Руслан.

— Ты вот ещё чего, княже. Дозволь спросить, – вдруг попросил казак с неожиданной робостью.

— Ты чего, дядька Кузьма? – удивился Руслан. – Когда такое было, чтобы я за спрос гневался?

— Тогда это, коль казаки твои, ну, что в десятках с тобой ходят, решат сыновей своих науке твоей учить, дозволишь ли?

— Вы там на своём сходе с лавок, что ли, попадали? – возмутился Шатун. – Я уже язык по самую задницу стёр, объясняя, что науки воинские все наши люди учить должны. Война эта, даже закончившись, всё одно для нас не закончится. Мы порубежье государственное храним. И османы не уймутся. Всё равно будут воду мутить и горцев на гадости всякие подбивать. Неужто им это непонятно?

— Понятно, княже. Потому и думали, – вздохнул казак. – Только ведь оно как. Привыкли мы своим укладом жить. А твоя наука, она для нас непривычная. Вот взять, к слову, те мортирки твои. Уж чего проще. Плита для опоры да труба с иглой. Однако ж пользы с неё куда как больше, чем от старых орудий. И со многим так.

— Понятно. Новшеств всяких опасаетесь, – понимающе усмехнулся Руслан. – Да только жизнь, она ведь на месте не стоит. Она как та река. Течёт. Меняется. Ручей лесной вон, и то русло своё со временем изменяет. А тут жизнь людей многих. Не могут люди не меняться и жизнь свою не менять. Так всегда было.

— А ведь и верно, – подумав, согласился Кузьма. – Годы, они всё меняют. Да и человека самого в первую голову. Княже, а ты вправду коня Хизарат отдашь? – вдруг сменил он тему.

— Ну и переходы у тебя, дядька, – фыркнул Руслан. – Конечно, отдам. Слово сказано. И повозку ей сделаю специальную.