Книга Позывной «Оборотень», страница 42 – Эльхан Аскеров

Этот «Судзуки-самурай» Никита нашёл брошенным на дороге. Владелец умудрился каким-то образом пропороть сразу три колеса и попросту бросил машину. Отыскав в развалинах подходящую резину, парень привёл его в порядок и спрятал, что называется, на всякий случай. И вот такой случай настал. Загрузив в багажник баул, Никита быстро разобрал лично устроенный завал и, прыгнув за руль, запустил двигатель.

Коротко скрежетнув, двигатель запустился, и джип тихо заурчал, словно большой сытый кот. Выскочив из машины, Никита отбросил ещё пару досок и, осмотревшись, скомандовал:

— Садись, поехали.

Кивнув, девчонка галопом кинулась к правой дверце машины и, резко распахнув её, растерянно замерла. Даже ей стало понятно, что машина эта не совсем простая.

— Нет уж. За руль я сам сяду, – фыркнул Никита, одним движением разворачивая её и подталкивая к другой стороне машины.

Только теперь Таня сообразила, что здесь было не так. Это был автомобиль с правым рулём. Едва дождавшись, когда девчонка заберётся на сиденье, парень включил передачу, и джип выкатился из убежища. Не включая фары, Никита уверенно гнал машину через разрушенный город, всматриваясь в дорогу, едва освещённую взошедшей луной.

— Ты хоть видишь, куда несёшься? – недовольно фыркнула Таня, в очередной раз едва не прикусив язык на ухабе.

— Рот не разевай и держись крепче, – огрызнулся Никита, сосредоточенно вертя баранку.

— Может, лучше фары включить? – не удержалась от совета девушка.

— А может, тебе лучше помолчать? Хочешь, чтобы по свету фар начали из гранатомётов лупить?

— Кто? – испуганно икнула Таня.

— Всё те же, – огрызнулся Никита, лихо вписываясь в поворот и едва не ставя машину на два колеса.

— Может, хоть скорость сбросишь? Я себе уже всю голову и зад отбила.

— Обо что? Сиденье и крыша мягкие, – не понял её юмора Никита.

Сообразив, что своими разговорами она только отвлекает его от дороги, Таня замолчала и ещё крепче вцепилась в поручень. Вырвавшись из города, Никита ещё поддал газу, и небольшой автомобильчик стремительно помчался прочь от развалин. Но долго молчать девчонка не умела по определению. Убедившись, что основная опасность осталась позади, она откинулась на спинку сиденья и, повернувшись к парню, спросила:

— А куда мы так несёмся?

— Подальше от города. Вот сотню вёрст проскочим, и можно будет на отдых встать. Главное, чтобы дорога целая была. Не хочется по лесным буеракам ночью ползать.

— Нет, я имею в виду, куда именно? В смысле в какое место?

— Ты, не знаю. А я попробую на южную границу податься.

— А мне что делать? – растерялась девчонка.

— Ты издеваешься? – чуть не взвыл парень. – Откуда мне знать, что тебе делать дальше? В конце концов, это твоя жизнь, и только ты можешь это решать. Я с собой самим-то разобраться толком не могу.

— И поэтому ты решил снова ехать на границу? – осторожно спросила Таня.

— А куда ещё? – ответил он вопросом на вопрос. – Для всего мира я давно уже умер. Ни родных, ни друзей. Война у меня всё отняла. Даже собственное имя.

— Это как?

— Не важно. Забудь об этом, – быстро ответил Никита, уже пожалев, что начал говорить.

— А куда именно ты ехать собираешься?

— Я же сказал, на южную границу.

— Это в пустыню, что ли?

— Почему обязательно в пустыню? И где это ты в России пустыню нашла? Граница длинная. Где-нибудь да пристроюсь.