Книга Позывной «Оборотень», страница 25 – Эльхан Аскеров

— А почему меня это должно беспокоить? – ответил Никита вопросом на вопрос. – Я уже сказал, у меня своих проблем выше головы.

— Это каких же? – ехидно поинтересовалась Таня.

Но Никита вместо ответа, вдруг насторожившись, бесшумно скользнул к двери, делая ей знак соблюдать тишину. Удивлённо наблюдая за ним, девчонка замерла с открытым ртом, не понимая, что происходит. Приложив к двери ухо, парень медленно, чтобы не брякнуть железом, отодвинул засов и, чуть приоткрыв створку, выскользнул на лестницу, всё так же бесшумно закрыв за собой дверь.

Осторожно выглянув из подвала, Никита осмотрелся и тут же замер, боясь выдать своё присутствие. Взвод солдат медленно двигался в направлении развалин, тщательно осматривая каждый сантиметр земли. Медленно, буквально по миллиметру, Никита повернул голову, высматривая других солдат. Делать в таком положении резкие движения означало сразу привлечь к себе внимание.

Убедившись, что ещё один взвод движется к развалинам с другой стороны, Никита осторожно спустился обратно в подвал и, вихрем влетев в свою берлогу, метнулся к шкафу, куда убрал всё оружие. Едва не споткнувшись о всё ещё сидевшую на полу девчонку, он не удержался и тихо зашипел:

— Хватай шмотки и готовься долго и быстро бежать. Группа зачистки. Если они сюда ворвутся, я сдаваться не стану.

— А куда бежать-то? – не поняла Таня.

— Куда-нибудь. Лишь бы подальше отсюда. Я отвлеку их на себя, а ты беги.

— Так, может, вместе…

— Делай, что говорю, – шёпотом рявкнул на неё Никита. – Не дадут нам обоим уйти. Так что беги со всех ног, если не хочешь рабыней стать. А до тех пор сиди молча и не шевелись, может, и не сунутся сюда. Они таких подвалов боятся.

Объясняя ей, что делать, он сноровисто набивал карманы боеприпасами и гранатами. Передёрнул затвор винтовки, быстро приставил её к стене и, подхватив топчан, подпёр им двери. С сомнением покосившись на дверь, Татьяна не удержалась и тихо спросила:

— А другого выхода у тебя отсюда нет?

— Чем тебе этот не нравится? – не понял Никита, продолжая баррикадировать дверь.

— Дверь больно хлипкая. Гранату бросят, и всё. Вот они – мы.

— Не всё так просто, – мимолётно усмехнулся Никита. – Я эту дверь в развалинах нашёл. Вместе с косяком. Полотно железное, только снаружи деревом отделано. А косяк длинными костылями к стене приколотил. Так что с ходу не вышибут.

— Дай-то бог, – вздохнула, поднимаясь на ноги, девушка.

— Вон туда, в угол сядь, и ни звука, что бы ни случилось. Орать и визжать потом будешь. Вот, в рот себе засунь и зубами закуси, – добавил он, протягивая ей кожаный валик.

— Зачем? – не поняла девчонка.

— Затем, что всё равно не выдержишь и заорёшь. А с этим звук глухой получится, может, и не услышат, – быстро пояснил Никита, вслушиваясь в происходящее на улице.

— А может, не надо? – осторожно спросила девушка, с подозрением поглядывая на кляп.

— Я сказал, сунь его в пасть и сядь в угол, или я его тебе сам в глотку затолкаю, – зарычал Никита, теряя терпение.

Испуганно пискнув, девчонка тут же вцепилась в валик зубами и, забившись в указанный угол, сжалась в комок, следя за каждым его движением огромными от страха глазами. Вскоре на лестнице послышались шаги и негромкий гортанный разговор. Потом кто-то сильно толкнул запертую дверь, пытаясь открыть её. Вспомнив, что дверь открывается наружу, а с той стороны нет ручки, Татьяна заметно воспряла духом.