Книга Северный дракон, страница 78 – Эльхан Аскеров

Понимая, что из револьвера можно и не дотянуться, парень вскинул карабин и, тщательно прицелившись, выстрелил. Мужик, стоявший дальше, охнув, схватился за грудь и повалился с крыльца на землю. Его приятель, отшвырнув девочку, принялся судорожно дергать затвор винтовки, когда прозвучал второй выстрел. Пуля отбросила мужика на стену, и тот, выронив оружие, сполз по ней на доски крыльца.

— В дом беги, в подполе схоронись, – зашипел Леха, перемахнув забор и подбегая к соседскому крыльцу.

— Ага, – медленно кивнула девчонка, словно завороженная глядя на убитых.

— Да очнись ты, кулема, – рыкнул Леха, походя отвешивая ей легкую оплеуху. – В дом беги, – повторил он.

На этот раз девчонка его услышала, метнувшись в двери, только подол мелькнул. Убедившись, что его услышали, парень быстро собрал с убитых все ценное и, снова перемахнув забор, свалил добычу в сарае. Воткнув в карабин два патрона, он вернулся к калитке, осторожно осматривая улицу. Где-то на площади, у церкви, начала разгораться перестрелка. Леха успел осмотреть своих убитых, но так и не понял, кто это такие.

С виду обычные мужики. Крепкие, с мозолистыми ладонями и бородами, как у всех местных. Одежда разнородная. Выходит, это не армия и не какая-то служба. Вывод напрашивался сам собой. Бандиты. Но откуда они тут взялись? Ведь соседняя каторга разбежалась еще два года назад. Раздумывая над всем этим, парень решил пройтись до площади. Посмотреть, кто в кого стреляет. Но едва только он начал открывать калитку, как услышал заполошный треск подков.

Мимо их двора охлюпкой промчался комиссар, размахивая маузером, который забрал себе после гибели анархиста.

— Во дурак-то, – проворчал Леха, выходя из калитки.

Стараясь держаться в тени, парень добрался до площади и, притаившись за ближайшим углом, принялся всматриваться в происходящее. На площади тем временем шел настоящий бой. Бандиты, Леха решил называть их пока так, зажали бойцов отряда в казарме и не давали им поднять головы, паля по окнам и дверям.

Вылетевший на площадь комиссар успел сделать только три выстрела, когда коня под ним убили; падая, тот придавил Васильеву ногу. Заодно комиссар, падая, умудрился приложиться головой о камень. Все это Леха успел рассмотреть, пока выбирал себе место. Увидев, что один из бандитов запалил факел и начал подбираться к казарме, парень вскинул карабин и одним выстрелом прервал все его начинания.

Бандиты засуетились, но понять, откуда стреляли, так и не смогли. Пользуясь этим, Леха успел сделать еще пару выстрелов и пополз менять позицию. Половина бандитов, подчиняясь чьей-то команде, развернула стволы в его сторону. Но стрельба в сумерках это особое умение. Бандиты, понимая, что отсвет любого пожара сделает их заметными, поджигать ничего не стали. Так что Лехе пришлось вспоминать все, чему его когда-то учили.

О скоростной стрельбе тут пришлось забыть. Тщательно выцеливая каждую тень, парень укладывал бандитов одного за другим. Но теперь и позиции приходилось менять чаще. Бандиты, ориентируясь на вспышки выстрелов, буквально осыпали его пулями. Угол дома, за которым Леха прятался, топорщился выбитой из бревен щепой. К его неудовольствию, особо маневрировать тут было негде. Проулок был ограничен домами. Бандиты, сообразив, что их пальба пользы не приносит, снова разделились и принялись сближаться, двигаясь вдоль зданий, выходивших на площадь.