Книга Рокировка: Рокировка. Дворянин поневоле, страница 107 – Эльхан Аскеров

— Те пятеро его учениками были. А ты их как курят положил. Даже клинка не обнажив. Вот он и взбеленился, – усмехнулся штабс-капитан. – Решил, что ты только стрелять умеешь. А оно вон как вышло.

— Да уж, вышло, – вздохнув, скривился Сашка.

— Ты чего? – не понял офицер.

— Целый клан кровников, это не баран чихнул. Теперь и на охоту не сходишь, – пояснил парень свою реакцию.

— Нет, не будет, – решительно отмахнулся штабс-капитан и, быстро разлив по стопкам остатки коньяка, продолжил: – Ходжа Хазрат не просто так сказал, что вражды не будет. А он свое слово держит крепко. Понял старый лис, что тебя голыми руками не возьмешь, а воинов терять ему не хочется. Так что живи как жил. Если только дурной какой из молодых ослушается. Но это уже он сам по себе будет.

— Этот старик что, и вправду хадж совершил? – уточнил Сашка.

— Угу. Пешком в ту Мекку свою ходил, – кивнул офицер.

— Силен, дядя, – качнул парень головой.

— Силен, – кивнул штабс-капитан. – Он у местных навроде святого, так что любое его слово они исполняют со всем прилежанием. Но сам понимаешь. Головы терять не надо и за спину поглядывать не забывай. А в остальном живи, как сам захочешь.

— А много их тут таких было? – задумавшись, спросил Сашка, даже не уточнив, о ком именно говорит. Но офицер его понял.

— Один и был. Учеников готовил. Но слух прошел, что в последнее время стал обучать всех подряд, а не по тем правилам, по каким положено. Мол, не получалось у него то, что задумывал, вот и решил сразу много хороших рубак выучить. Потому Хазрат и задумался. У них такими вещами не шутят. Длань Аллаха это серьезнее, чем наш трибунал.

— Поединок на Божьей ладони, – понимающе усмехнулся Сашка. – Это как божий суд у католиков.

— Вот-вот. Ловили-ловили его, ловили-ловили, а в итоге его на этой самой ладони и зарубили. Выходит, что сделал он что-то не так, и был наказан. Вот Хазрат и задумался. А тут еще и ты думок добавил, когда отказался за тела деньги брать. Только и взял, что коней да оружие.

— У меня ремесло в руках есть, так что с голоду не помру, – отмахнулся Сашка. – А совсем туго станет, так и охотой проживу. Признаться, я вообще не понимаю, как можно за мертвых деньги брать. Не по-людски это. Не по-божески.

— Знаю, – вздохнул штабс-капитан. – Да только, сколько себя помню, всю жизнь так в этих местах было. И кто это начал, теперь уж никто не скажет.

— Да какая теперь разница? – удивился парень. – Главное, что прекратить это можно.

— А как? – удивился офицер.

— За тела денег не брать. Врачу да санитарам за работу пусть платят, да солдатам на пропой, чтобы знали, что силой тут ничего не решишь. А больше ничего. Ну, можно еще на выкуп брать. Пусть сами за тех, кого в полон, увели, серебро выкладывают, – закончил он, усмехнувшись.

— Не каждый на такое пойдет, – помолчав, вздохнул офицер. – Да и что это даст?

— Горцы народ гордый. Когда поймут, что русские перед ними благороднее оказываются, что на мертвых не зарабатывают, сами так же делать начнут, – пояснил парень. – Особенно если по дружественным кланам рассказывать, как тела наших солдат выкупали, а их так отдавали. Тут у них ретивое точно взыграет.

— Ну, не знаю, – с сомнением протянул штабс-капитан. – Бандиты, они бандиты и есть. Им все равно, с чего серебро получать.