Книга Рокировка, страница 116 – Эльхан Аскеров

— Весна скоро. Голодно у них стало. В прошлом годе пшеница не уродилась, а на одном мясе долго не протянешь, – негромко пояснял сосед, продолжая паковать пленника. – Вот и решили и едой всякой и рабами разжиться, чтобы серебра у турок получить. Да не вышло.

— Не торопись радоваться. Еще неизвестно, сколько их было и чего они тут натворить успели, – осадил его Сашка.

— Ну, больше сотни их никогда не бывало, а натворить… – сосед быстро осмотрелся, выпрямившись, и, задумчиво кивнув, продолжил: – Вовремя хватились. Раз ничего не горит, значит, не вышло у них ничего. Пошли по шерсть, а вернутся стрижеными. Они когда с добычей отходят, обязательно все деревянное поджигают. Знают, что люди бросятся огонь тушить. Пожар, он для станицы пострашнее набега будет. А солдаты еще воюют, – вдруг добавил он, прислушавшись к перестрелке.

На улице показались всадники с факелами в руках, и Сашка, всмотревшись, с облегчением узнал соседей. Увидев его, кавалькада остановилась, и атаман, свесившись с седла, всмотрелся в стоявших во дворе.

— По здорову ли, соседи? – узнав их, спросил он.

— Слава богу, – кивнул Сашка.

— Это верно. Вон ему поклон, – честно признался сосед. – Не поспей вовремя, этот пес меня б точно прирезал, – добавил он, пнув под ребра связанного.

— Никак живым взяли? – уточнил атаман, явно обрадовавшись.

— Его добыча, – снова перевел стрелки на Сашку сосед.

— Ай да француз! – рассмеялся атаман, хлопнув себя ладонью по бедру. – Опять удивил. Везучий чертяка. Что ни раз, всегда с прибытком. Добро. Ты, Ефим, вооружайся и на околицу ступай. Сейчас ватаги собьем и станем станицу прочесывать. А ты, – он повернулся к парню, – к казармам ступай. Помочь солдатикам надо. Найдешь там подъесаула Чубко, скажешь, я прислал. Он сейчас там командует.

— Сделаю, – кивнул Сашка и, перемахнув плетень, рысью помчался в указанную сторону.

Спорить с опытными бойцами, которые уже не раз проходили подобное, было глупо. С первого взгляда было понятно, они знают, что делают. Так что он, как и положено толковому солдату, отправился выполнять приказ. Добравшись до околицы станицы, Сашка перехватил винтовку поудобнее и, сместившись на самый край дороги, настороженно зашагал к казармам. Он и сам понимал, что перестраховывается, но идти по освещенной дороге, изображая движущуюся мишень, ему совсем не хотелось.

Но спустя несколько минут парень сам похвалил себя за осторожность. Из-за толстенного ствола высокого, пирамидального тополя выскользнула поджарая фигура с саблей в руке и стремительно метнулась в атаку. Разбираться и выяснять, кто это такой, у Сашки не было времени. Поэтому, взвыв про себя от злости и обиды, парень принял широкий рубящий удар на ствол винтовки и, не раздумывая, пнул противника в промежность. Хекнув, неизвестный глухо застонал и, выронив саблю, рухнул на колени.

Решив не поднимать шума, Сашка примерился и со всей дури всадил носок своего сапога в горло неизвестного. Потом, быстро оглядевшись и убедившись, что бросаться на него снова никто вроде не собирается, он присел над телом и одним движением свернул неизвестному шею. Ухватив тело за шиворот, он оттащил его в кусты и, переведя дух, зашагал дальше. Спустя еще десять минут он оказался под забором, опоясывавшим территорию казарм, и, сориентировавшись по выстрелам, помчался дальше.