Книга Сотня: Казачий крест. Смутное время. Забытый поход, страница 327 – Эльхан Аскеров

— Твой полон, тебе решать, – ехидно усмехнулся Гамалий.

— Смеёшься? – фыркнул Матвей. – С того полона навару, как с козла молока.

— Какой уж тут смех. Ты их взял, тебе и решать, как быть, – отмахнулся сотник.

— Ты вроде баял, нам без крови пройти надобно, – задумчиво оглядывая пленных, припомнил Матвей.

— Верно. Такой приказ был, – удивлённо кивнул сотник.

— Ну, тогда будем исполнять, – хмыкнул парень, вытряхивая из узелков пленных все их немногие пожитки.

Отложив в сторону мешочки с порохом и пулями, он повертел в руке плохонькие ножи и, бросив их на землю, взялся за ружья. Убедившись, что эти стволы старше самого старого казака в отряде, Матвей примерился и со всего маху шарахнул прикладом о ближайший камень. Приклад ружья разлетелся в щепки, а ствол от такого обращения согнуло коромыслом. Повторив это действо со вторым ружьём, Матвей носком сапога подвинул разбросанные вещи к пленным, негромко велев:

— Забирайте и проваливайте. Ещё раз увижу, обоих кончу.

— Благодарят, – перевёл Ахмет-хан бормотания пленных.

— Да ну их к бесу, – отмахнулся Матвей, вскакивая в седло.

Колонна двинулась дальше, оставив незадачливых разбойников разбирать свои пожитки. Подъехавшие к Матвею пластуны из соседней полусотни пристроились рядом, и старший в их паре тихо произнёс:

— Благодарствуй, парень. Кабы не ты, ходить бы нам с позором. И как только не приметили, сам в толк не возьму.

— Одним миром живём, браты, – отмахнулся Матвей. – А не приметил потому, что впереди шёл. Они на то время притихли. Затаились. Да только не учли, что колонна наша шагом идёт, не спеша. Вот и не утерпели, зашевелились, боясь последних в строю пропустить. А я приметил. А вообще, надо бы все такие места особо осматривать, – подумав, внес он предложение.

— Коней заморим, туда-сюда скакавши, – вздохнул пластун.

— Тоже верно, – вздохнул Матвей, вспоминая, что засаду можно устроить и на ровном месте. Главное знать, как это правильно сделать.

— А ловок ты с кнутом. Святослав учил? – сменил тему коллега.

— Елизар. Ученик его. Святослав потому меня наследником по науке воинской и кликнул, что Елизар у него учился, а я у Елизара. Выходит, прямой наследник. Сам-то Елизар в годах уж. В походы не ходит.

— Ну да. Верно. Святослав всё решил по старому укладу сладить, – понимающе кивнул казак.

— Так он по старому укладу и жил, – пожал Матвей плечами.

— Это да. Говорят, он тебе и стрелы свои оставил, – осторожно произнёс казак, заметно понизив голос.

— Одну, сам ношу. Остальные сынам повешу, – коротко ответил Матвей, не имея никакого желания прятаться.

О его отношениях со старым пасечником знала вся станица, а следовательно, и всё казачье воинство. Святослав был человеком широко известным. Достаточно было вспомнить, что на тризне собрались казаки из разных станиц и даже разных подразделений. Были и терцы, и кубанцы, и семиреченцы. Так что Матвей даже не сомневался, что эта пара пластунов отлично знала, кем именно он являлся на самом деле.

— Бедовый ты, Матвей, – удивлённо покачал пластун головой. – Не боишься, что попы про то прознают?

— Им же хуже, – презрительно фыркнул Матвей. – Я веру Христову принимаю и не хаю, вот и им нечего в мои дела лезть. Иль ты донести на меня решил? – резко повернулся он к пластуну.