Книга Забытый поход, страница 72 – Эльхан Аскеров

— Слава богу, хоть не все такие, – в тон ему отозвался Матвей. – Есть и толковые офицеры. Мало, но есть.

— Вот именно. Мало, – скривился толмач. – Знаешь, на чём наша армия по сию пору держится? На простых линейных офицерах. Гвардия – просто кучка фанфаронов, у которых в башке только одно. Они лучшие, и случись война, должны умереть за отечество и государя. А как та война случается, они от неё как чёрт от ладана шарахаются. Изредка какой офицер прошение в действующую армию подаёт. Они предпочитают карьеры на паркете делать. Или у трона интриговать. Ты тогда верно сказал. Я рядом с вами душой отдыхаю. Всё просто и понятно. Вот мы, вон враг, и есть задача, которую мы выполнить должны. А в штабах такая клоака, что и сказать противно. Вроде офицеры, дворяне, а интригуют и наушничают так, что иной раз хочется за револьвер схватиться. Мерзко, – снова тряхнул Ахмет-хан головой. – Что-то я разговорился не к месту.

— Накипело, вот и говоришь, – отмахнулся Матвей. – Да ты не беспокойся. Я никому о разговоре этом сказывать не стану. Да и кто мне поверит? Казак, станичник, и офицер разведки, который ему вдруг исповедаться решил. Так не бывает.

— Бывает, как видишь, – грустно улыбнулся Ахмет-хан. – Я с тобой поговорил, и как дома, в родных горах побывал. Да и собеседник ты добрый. Слушать умеешь.

— Давно ты тут? – осторожно поинтересовался парень.

— Восьмой год пошёл.

— Ого! И всё при штабах?

— Слава богу, нет. Приходилось и одному по пустыне побродить. Было дело.

— Дервишем прикидывался или просто паломником?

— Паломником, – одобрительно усмехнувшись, кивнул толмач. – Как вспомню, так по сей день в дрожь бросает. Два раза думал всё, не вернусь домой.

— Разбойники?

— В первый раз змея. Ужалила, я и охнуть не успел. Да повезло. Туареги нашли и выходили. А в другой раз британские солдаты повеселиться решили. Хорошо, рядом большое поселение было. Местные шум подняли, офицеры и вмешались. Поняли, что за убийство простого паломника могут на пустом месте головную боль поиметь.

— Погоди, туареги? – удивлённо переспросил Матвей. – Ежели я правильно помню, они на севере Африки, недалеко от Египта обитают. Там ещё Алжир рядом.

— Говорю же, тебе в нашей службе самое место, – проворчал Ахмет-хан, удивлённо покачав головой. – С ходу важное зацепил.

— Не гожусь я для службы, – отмахнулся Матвей. – Приметен больно, – ткнул он пальцем в свой шрам. – Да и языками не владею. Кто ж поверит, что тот же паломник может с такими плечами быть?

— А какой должен быть паломник? – лукаво поинтересовался толмач, с интересом поглядывая на него.

— Паломник, он в путь пешком идёт. Выходит, должен быть усталым, сильно загорелым, сухим и слегка голодным. А на меня глянешь, сразу видно, что вой. Одни кулаки чего стоят, – покрутил он в воздухе означенным предметом, напоминавшим пивную кружку.

— Да уж, – окинув его оценивающим взглядом, вынужден был согласиться толмач. – Скажут, что кузнец, с ходу поверишь.

— Вот и я про то.

— Жаль. Вот ей-богу, жаль. Мне б такого напарника, можно было бы ещё лет десять в этих местах продержаться, – вздохнул Ахмет-хан.

— Ну, слуга из меня хреновый, – усмехнулся Матвей. – Иному господину могу и башку отшибить. Норов-то, его не спрячешь. Казак – птица вольная, никому не кланяется. Только Богу в церкви да кругу казачьему.