Книга Толмач, страница 139 – Эльхан Аскеров

— И верно, – сообразив, о чем он говорит, хмыкнул полковник. – Что ж, Егор Матвеевич. Премного благодарен вам за помощь вашу. А насчет того, чтобы с дядюшкой вашим добром этим поделиться, я подумаю. Как следует подумаю. Главное, чтобы он сам от такого обмена не отказался.

— Вам бы прежде поговорить с ним, как говорится, тет-а-тет, тогда и остальное, думаю, сладится, – задумчиво протянул Егор.

— Увы, но в столицу мне пока не съездить. Дела не пускают, – развел жандарм руками.

— В таком случае, как только дядюшка приедет сюда, я за вами человека пришлю, с весточкой. Тут и поговорите, – моментально нашелся парень.

— Это было бы славно, – одобрительно улыбнулся полковник, поднимаясь. – Ну, раз у нас все сладилось, не смею более отвлекать, Егор Матвеевич. Дозволите в следующий раз я к вам одного из молодых своих офицеров пришлю?

— Только не особо гонористых, – усмехнулся Егор. – А то начнет норов показывать, и опять ничего кроме ссоры не получится.

— Не извольте беспокоиться, – рассмеялся жандарм. – Лично объясню, как им себя тут вести надлежит.

— Ну, дай-то бог, – махнул парень рукой, поднимаясь.

Они уже вышли на крыльцо, когда жандарм, вдруг развернувшись к нему всем телом, тихо спросил:

— Егор Матвеевич, а при нападении на князя Растопчина вы специально никого живым не оставили?

— Их слишком много на нас двоих было, – ответил парень, глядя ему в глаза. – Сам князь и его слуги были усталы и как бойцы уже ни на что не годились. Так что избежать их гибели можно было только так. Уж простите, господин полковник, но в подобных делах я полумер не приемлю. Сам, первым, я никогда нападать не стану. Но коль нападут, пощады не будет.

— Я помню эти ваши слова, – помолчав, кивнул полковник. – Потому и решил, что на того британца напали, чтобы предупредить их нападение.

— Намерение не есть действие. Намереваясь, человек может передумать, отступиться или просто отказаться. А вот напав, обратной дороги нет. Да и не знал я, кто то дело затеял, – ушел Егор в глухой отказ.

Помолчав, полковник задумчиво кивнул и, попрощавшись, уселся в свою коляску. Сидевший на козлах рядовой жандарм тряхнул поводьями, и коляска выкатилась со двора усадьбы. Проводив выезд взглядом, Егор устало вздохнул и уже развернулся, чтобы вернуться в дом, когда вышедший на крыльцо слуга сообщил, что его желает видеть дед. Быстро пройдя в его кабинет, парень подошел к сидевшему в кресле старику.

Отложив газету, Иван Сергеевич мимолетно улыбнулся и, кивая в сторону выезда, уточнил:

— Закончил с ним?

— Закончил, дедушка, – быстро кивнул парень. – Стряслось чего?

— Слава богу, нет. Присядь, Егорушка. Поговорим, – пригласил старик, кивая на соседнее кресло. – Я тут давеча со стряпчим встречался. Завещание писал. Так вот, случись со мной чего, имение это твоим станет. Так что привыкай. Теперь ты тут хозяин.

— А как же дядюшка? Остальная семья? – растерялся парень.

— Имение это лично мое, – чуть кивнув, принялся пояснять дед. – Еще когда отец мой жив был, решено было для каждого потомка свое имение покупать. Мы у короны выморочное имущество выкупали и на одного из сыновей или внуков оформляли. Так что у них у каждого своя земля имеется. Девкам всем деньги в приданое, а парням земли. Так что за остальных покоен будь. Не пропадут. Да и знают они, что я это решение принял, как только услышал, что ты один остался. И без того мать твою шибко обидели. Но уж больно упрям папаша мой был, царствие ему небесное. Упрям и строг. В общем, знай, ежели со мной чего, слугами можешь смело командовать. А то вижу я, что ты больше просишь, чем приказываешь. Строже себя держи. Тогда и уважать тебя станут. Запомнил?