Книга Толмач. Кровавая схватка, страница 108 – Эльхан Аскеров

— Одёжа порвата, Егор Матвеич, и кровь бежит, – растерянно доложил кучер.

— Оно и понятно, что кровь. Странно было бы, лейся вода оттуда, – хмыкнул Егор, задыхаясь. – Елизар где?

— Тута я, Егор Матвеич, – раздался знакомый голос, и рядом с парнем захрустел снег. – Потерпи малость. Сейчас мы тебя за карету перенесём, а там посмотрим, куда тебя угораздило, – зачастил он, подхватывая парня под руку.

— Сам, – отмахнулся парень, делая слабую попытку подняться.

— Да куда ж сам? Ранен ведь, – возмутился казак, помогая ему.

Они кое-как перебрались за карету, и казак принялся ловко расстёгивать на парне полушубок. Стянув с него одежду, Елизар одним резким движением разорвал френч и нижнюю рубаху, обнажая рану. Осмотрев её, растерянно проворчал:

— Ну, Егор Матвеич, счастлив твой бог. По телу пуля скользнула. Шрам длинный будет, а так, считай царапина глубокая.

Вместо ответа Егор сплюнул себе на ладонь и, всмотревшись в слюну, прокаркал в ответ:

— Похоже, рёбра сломаны и лёгкое отбито. Ладно, и не такое переживал. Всё одно выживу. Никита, аптечку неси.

Но кучер и сам знал, что нужно делать. Елизар присыпал рану порошком из специально собранных трав и, смазав сосновой смолой, наложил на грудь парню тугую повязку. Потом, достав из чемодана чистую одежду, он помог Егору одеться и, подняв брошенный на снег полушубок, растерянно покрутил головой, осматривая его:

— Ох, и удачлив ты, Егор Матвеич. Это ж теперь не одёжа, а сплошное сито. Сквозь него теперь можно запросто муку просеивать.

— Да уж, – растерянно протянул Егор, разглядывая показанные ему дыры.

В рубке его доставали. Почти. До тела клинки противников не дотягивались буквально нескольких миллиметров. Полушубок и вправду теперь можно было смело выкинуть.

— Жаль. Удобный был кожушок, – грустно усмехнулся парень, пытаясь вдохнуть.

Из-за отбитого лёгкого ему теперь всё время было трудно дышать и не хватало воздуха. К тому же то ли ушибленные, а то ли и вправду треснувшие рёбра крепко болели, и трудно было шевелить левой рукой. Пуля попала прямо под лопатку, так что любая попытка как-то использовать конечность приводила к вспышке долгой, тянущей боли. В очередной раз вздохнув, Егор выглянул из-за кареты и, покачав головой, мрачно проворчал:

— Время теряем.

— А чего нам время? – не понял Елизар.

— Пока браты не вернутся, нам отсюда не вылезти. С винтовкой мы, как утки на воде, бей любого. А ещё нужно оружие всё собрать и тела осмотреть. Мало ли у кого какая бумажка интересная найдётся. Да и бревно это нужно с дороги убрать, – мрачно пояснил Егор.

— А вот мы сейчас проверим, тут стрелок ещё или сбёг уже, – хищно усмехнулся казак и, сплюнув, быстрым шагом вышел из-за кареты.

Обойдя лошадей, он прямо по дороге, не скрываясь, добрался до бревна и, оглядевшись, присел, подсунув под него руки. Егор инстинктивным движением выхватил револьвер, забыв даже, что оружие не заряжено, но по казаку никто не стрелял. Напрягшись, Елизар крякнул и, приподняв бревно за один конец, сдвинул его в сторону. Никита, тихо выругавшись, бросился ему на помощь. К их удаче, брошенная на дорогу лесина оказалась не толстой. Видимо, притащили первое попавшееся бревно.

Впрочем, и его было вполне достаточно, чтобы перегородить карете путь. Даже если лошади это препятствие перепрыгнут, карета всё равно развалится от удара. Попросту колёса не выдержат столкновения. Егор даже допускал такую мысль, что именно на это и был расчёт. Вдвоём бойцы подняли один конец бревна и, развернув, бросили вдоль дороги с таким расчетом, чтобы оно не мешало проезду.