Книга Одиночка. Честь и кровь: Жизнь сильнее смерти. Честь и кровь. Кровавая вира, страница 337 – Эльхан Аскеров

— Фи, князь. Не стоит считать меня кисейной барышней, – фыркнула графиня, кокетливо хлопнув ресницами. – Уж поверьте, я в жизни всякого повидать успела и даже, если помните, замужем была. Так что интимными подробностями вы меня не смутите. Расскажите что-нибудь. Прошу.

«Ну, сама напросилась», – подумал Елисей, вспоминая подходящий к случаю анекдот из прошлой жизни.

Спустя десять минут хозяйка забыла про обед и заливисто хохотала над его рассказами. Елисей же между делом не забывал насыщаться. Закончив с основными блюдами, он с удовольствием прихлебывал чай, продолжая выдавать один анекдот за другим. Закончилось все тем, что графиня попросила пощады. Держась за живот, она уже не смеялась, а стонала, словно у нее вдруг случилось жесточайшее несварение.

— Князь, хватит, прошу вас. Я так с юности не смеялась, – простонала она, чуть отдышавшись.

— Вас женщин не поймешь. То рассказывай, то не рассказывай, – буркнул Елисей в ответ, вызвав очередной приступ смеха.

Буквально несколько минут до этого он рассказал анекдот про нравится, не нравится. Допив свой чай, Елисей вежливо поблагодарил хозяйку и поднялся, собираясь отправиться домой. Но графиня остановила его очередным вопросом.

— Елисей, когда мы снова увидимся? – спросила она, выскакивая из-за стола.

— Думаю, как только вы уладите все дела с князем Мышкиным. Пришлите мне весточку о его решении и сообщите дату и место, где будет проходить дуэль. Если он, конечно, согласится.

— А почему вы не хотите помочь мне в этом деле сами? Без него? – тут же последовал новый вопрос.

— Как я уже сказал. Одного меня вам будет в этом деле мало, – вздохнул Елисей. – Князь нужен вам, чтобы избежать любых последствий этой драки. Его репутация в данном вопросе безупречна.

— Хорошо. Я пришлю вам письмо, – вздохнула женщина, явно чем-то недовольная.

Вежливо попрощавшись, Елисей коротко поклонился и поспешил к выходу, чтобы избежать продолжения вопросов. Едва оказавшись в карете, он перевел дух и достал из-за голенища полученные от полковника документы. Все это время пакет так и хранился там, буквально обжигая ему кожу. Уж очень парню хотелось прочесть, что именно удалось выяснить по фигурантам коллегам полковника Тимофеева.

Карета выкатилась на Невский проспект, и Елисей, чуть подумав, вскрыл кинжалом конверт. Достав сложенные пополам листы хорошей бумаги, парень погрузился в чтение. Как оказалось, работу контрразведка провела серьезную. Все четыре фигуранта давно уже подозревались в сношениях с различными агентами иностранных держав, но серьезных доказательств их вредительской деятельности добыть так и не удалось. Осторожны были, твари. Да и действовали они не сами, а через таких, как купец Молхнадзе.

Зато теперь у самого Елисея были развязаны руки. Контрразведка негласно дала добро на их устранение, а значит, если он сам не напортачит, то и гибель этих мерзавцев так и останется для полиции нераскрытой. Сложив бумаги, Елисей убрал их обратно в конверт и, сунув его в сапог, с мрачным удовлетворением усмехнулся.

* * *

Князь Мышкин примчался в имение родичей спустя день после разговора Елисея с графиней. Буквально пыша жаром возмущения, он с порога потребовал от парня ответа, с чего вдруг он посоветовал этой взбалмошной женщине обратиться за помощью именно к нему. Давая ему выговориться, Елисей только вздыхал и молча покачивал чубом при особо эмоциональных пассажах князя. Высказавшись, Петр Васильевич уставился на парня с немым укором, и Елисей, чуть улыбнувшись, неожиданно спросил: