Книга Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов, страница 319 – Эльхан Аскеров

— Все одно молодцы, – усмехнулся парень. – Молодцы, что все трое плечом к плечу встали.

— Угу. Бабушка опять за одежу порванную ругаться станет, – вздохнул мальчишка, демонстрируя ему почти оторванный рукав.

— Пусть ворчит, – отмахнулся Елисей. – Доля ее бабья такая. Ворчать да одежду латать. Из вас никто за нож не брался? – сурово уточнил он, оглядывая мальчишек.

— Не, ты ж сам говорил, что на своих оружие не обнажают, – дружно замотали гривами пацаны.

— Это хорошо, что запомнили, – кивнул парень. – Бить, для ума, можно. А вот убивать никак нельзя.

— Вот мы и били, – снова вздохнул Мишка.

— Ты чего вздыхаешь, воин?

— Так того и гляди, родичи ихние к тебе ругаться прибегут.

— Что, крепко побили? – пряча улыбку, поинтересовался Елисей.

— Угу.

— Ну, как прибегут, так и убегут, – рассмеялся парень, обнимая всех троих разом.

* * *

— Вот еще одна жалоба на башибузуков твоих. Ночью, третьего дня, из конюшни на улицу свели трех коней и привязали их к коновязи. А пса сторожевого гадостью какой-то опоили, от которой оный пес весь день спал. А еще пугало с огорода сняли и перед крыльцом поставили, – зачитал комендант и, вздохнув, спросил, поднимая на парня глаза: – Ну пугало-то чем им не угодило?

— Почему не угодило? – развел Елисей руками. – Угодило. Просто мальчишки решили хозяевам показать, что был кто-то у них на подворье. Вот и…

— Вот и, – передразнил его штабс-капитан, старательно пряча улыбку в усы. – А по-другому как-то это показать можно было? Баба поутру встала корову доить, на крыльцо выходит, а там такое. Едва сердце не оборвалось. А случись с ней что, кто отвечать станет?

— А окажись на месте того пугала горцы, что тогда? – помолчав, тихо спросил Елисей. – И заметьте, ваше благородие. Ни патруль, ни караульные так ничего и не заметили.

— Да уж. Учудили, – буркнул комендант, доставая портсигар.

— Я не о том, – отмахнулся парень. – Я про то, что служба в крепости не совсем правильно организована. В жилой части хоть хороводы ночью води, никто и не почешется. А среди горцев такие ловкачи есть, что нам всем у них поучиться не грех.

— Да уж, обрадовал, – протянул комендант, тяжело, вздохнув. – Но истина в твоих словах есть. Крепость наша рубежная, а значит, ничего, что в ней происходит, не должно проходить незаметно. Да только, как тебе известно, людей у нас не хватает. Если для дежурства на стенах все караулы расставлены, то по территории и отправить почитай некого.

— А и не надо. Я продолжу мальчишек натаскивать, а вы на такие вот писульки отвечайте, что свои дома защищать проживающим в крепости никто не мешает. Пусть думают, как от башибузуков моих защититься, – азартно усмехнулся Елисей.

— Зачем тебе это? – не понял комендант.

— Так просто все. Чем сложнее будет ребятам здесь, тем легче потом в горах. Пусть учатся.

— Хитер. Решил всю крепость к их обучению пристроить? – иронично поинтересовался комендант.

— Это еще не всё. Подрастут малость, я их начну обучать караулы с постов снимать. Пока у них на такое силенок не хватит.

— Это как снимать? – не понял штабс-капитан.

— В полон караульных утаскивать, – пожал плечами парень.

— А ежели пристрелят кого?

— Значит, судьба такая. Да только не получится, – глядя ему в глаза, спокойно ответил Елисей. – Мы ж не атаку на них ходить станем, а втихую будем подбираться.