Книга Кровавая вира, страница 132 – Эльхан Аскеров

Казак, спрыгнув с козел, отодвинул парня в сторону и, быстро собрав все ценное, вернул Елисею его оружие. Отмахнувшись от своей части добычи, Елисей уселся на свое место, и коляска покатила дальше.

— Сударь, вы их всех того? – не удержавшись, осторожно поинтересовалась Агриппина.

— А надо было пряниками накормить? – иронично усмехнулся Елисей. – Запомните, сударыня. Я с бандитами долгих бесед не веду. Напали, значит сдохнут. Я так жил, живу и далее жить стану.

— Как скажете, ваше сиятельство, – чуть подумав, кивнула женщина, явно признавая его главенство.

* * *

До предгорий караван тянулся почти месяц. Вступившая в свои права осень давала о себе знать частыми дождями и начавшими раскисать дорогами. Двигаться было трудно, а главное, неимоверно скучно. Молодоженов спасало только то, что в их безраздельном пользовании была отдельная карета. Так что дорогу они регулярно скрашивали интимными развлечениями. Благо Наталья на пике наслаждения не кричала, а только тихо охала, с силой прижимаясь к мужу.

Князь Дато, пользуясь возможностью, почти всю дорогу спал. Все эти переезды и свадебные хлопоты отняли у него много сил. Хоть и хорохорился князь, а возраст все равно брал свое, так что на постоялых дворах и в гостиницах, где они останавливались на ночлег, его можно было увидеть заспанным и вялым. Елисей даже забеспокоился за него, но князь Дато только отмахнулся и, смачно зевая, пояснил, что просто пользуется возможностью и отсыпается впрок.

Уже в предгорьях, где еще было тепло и то и дело светило солнышко, князь снова обрел свою неуемную энергию и с ходу потребовал, чтобы весь караван двигался прямо в Тифлис. Понимая, что данное слово нужно держать, Елисей только обреченно вздохнул, согласно кивнув. Наталья, не ожидавшая от мужа подобной покорности, только рот от удивления открыла. Уже в карете Елисей объяснил ей, что договоренность о продолжении празднества была достигнута еще накануне их свадьбы.

— И что. Опять в платье рядиться и целый день с деревянной физиономией сидеть, словно кукла фарфоровая? – надувшись, возмутилась девушка.

— Вот уж чего точно не будет, – рассмеялся парень. – Кавказская свадьба это тебе не великосветское развлечение. Тут все будет. И стрельба, и скачки, и пляски с музыкой. И не той, от которой собакам выть хочется, а настоящей. Такой, чтобы кровь играла.

— И ты скакать будешь? – тут же последовал вопрос.

— Нет. Мы с тобой смотреть будем и победителей награждать. Но все одно весело.

Наталья замолчала, обдумывая услышанное.

До Тифлиса они добрались через пять дней. Вкатившийся на подворье имения Буачидзе караван был сродни ведру воды, вылитому в муравейник. Суетились слуги, ругались конюхи, разводя лошадей и отгоняя телеги, а над всем этим скалой возвышался Котэ, державший на руках маленького Руслана. Увидев сына, Елисей на секунду замер, а потом, сжав ладошку жены, тихо выдохнул:

— Сынок!

Наталья, сообразив, что происходит, поспешила следом за мужем. Парень, взбежав на крыльцо, остановился перед мажордомом и, протянув руки, позвал:

— Руслан, сына.

Мальчик сначала отвернулся, а после, повернувшись к отцу, широко улыбнулся и протянул к нему ручонки. Подхватив малыша на руки, Елисей прижал сына к себе, держа так, словно в руках у него была хрустальная ваза. Ребенок обхватил отца за шею и, прижавшись лицом к щеке, вдруг произнес: