Книга Дитя прибоя, страница 319 – Эльхан Аскеров

— Для меня опасна только взрывчатка – гранаты ваши. Магия на меня не действует. А вот для вас это не просто магия, а настоящая отрава. Я не хочу терять родичей по глупости или из тупого упрямства. Есть вещи, которые мне недоступны, а есть то, что невозможно для вас. Это как раз такой случай.

— А если рванёт не вовремя? Как мы тогда роду в глаза смотреть будем? – задал гном неожиданный вопрос.

— Прямо. Вашей вины в том не будет. Ни один первородный не может безопасно находиться рядом с капищем Проклятого. Это все знают. Так что и говорить тут не о чем.

— Не нравится мне это, – ещё больше помрачнел Груд.

— Я тоже не в восторге от этого, но другого выхода нет. И хватит о ерунде спорить.

Друзья замолчали, продолжая спускаться к входной двери. Убедившись, что все задержанные маги выведены из башни, они направились в подвал. Миновав два лестничных пролёта, Лёха сумел по достоинству оценить масштаб этого сооружения. Длинный, плавно загибающийся сводчатый коридор шёл по всему периметру башни. Высота потолка была метров пять, а ширина коридора – десять шагов. Стены сложены из громадных базальтовых камней, гладко обтёсанных и хорошо отшлифованных.

Через каждые несколько метров располагались двери из морёного дуба, обитого стальными полосками. Такие даже тараном сходу не взять. С сомнением покосившись на дубовые плахи, Лёха почесал в затылке и, повернувшись к Груду, задумчиво спросил:

— У нас гранат на все эти двери хватит?

— У каждого гнома в сумке по шесть штук. Два десятка гномов. Да ещё у орков по три штуки есть. Плюс ещё маленькие, которыми вы пользуетесь, – старательно перечислил гном.

С памятной атаки на имение герцога могучий десятник обращался к парню не иначе как на вы, не забывая добавлять лэр. Так Груд выказывал Лёхе своё неподдельное уважение. И все попытки парня прекратить такое чинопочитание ни к чему не приводили.

— Ну, надеюсь, хватит, – прикинув количество гранат, вздохнул парень. – Крепим гранату к двери.

Кивнув, гном быстро достал из сумки увесистую чушку, кусок толстой проволоки и моток длинного шнура. Проволочный прут с одной стороны был заточен. Прикинув, где должен находиться замок, гном парой ловких ударов вогнал прут в дверь, голыми руками согнул его и, вставив в полученную петлю гранату, осторожно забил в дверь второй конец, орудуя вынутым непонятно откуда молотком. Привязав к кольцу шнур, Груд отогнул усики чеки и, разматывая моток, принялся отступать к лестнице.

Оказавшись на безопасном расстоянии, Груд вопросительно посмотрел на Лёху.

— Давай. Чего тянуть, – кивнул парень, давая команду на подрыв.

Грохнуло. По коридору застучали осколки, что-то, падая, загремело, и друзья, переглянувшись, направились к вскрытой комнате. Это оказалась кладовка, в которой хранилась старая мебель и тому подобное барахло. Плюнув, Лёха мрачно глянул в глубину коридора, понимая, что такими темпами они будут искать капище до ишачьей пасхи.

— Давай следующую, – скомандовал он гному.

«Ты не там ищешь капище Проклятого, человек, – неожиданно раздался в его мозгу знакомый голос. – Прикажи орку смотреть на другую стену. Внимательно. Это дальше по коридору».

«Демон?» – подумал Лёха, замерев, словно статуя самому себе.

«Да».

«Ты вернулся? Зачем?»

«Зачем? Я обещал, что уйду, и ушёл. Но на мне долг, и я решил помочь тебе».