Книга Дитя прибоя, страница 278 – Эльхан Аскеров

— Ну можно и так сказать. В общем, ты меня понял. А теперь о нашем деле. Твоё назначение – это не просто наша удача. Это ещё и твоя защита. Получив эту должность, ты станешь недоступным для любого суда, и уж тем более для академических магов. А бросить вызов имперскому чиновнику при исполнении обязанностей – суть преступление против короны. Любой, кто посмеет бросить тебе вызов, сходу должен быть арестован, как преступник, посягнувший на интересы империи.

— Да, но на приёме или на балу я не буду находиться при исполнении, – не сдавался Лёха.

— Чиновник дипломатической стражи при исполнении постоянно, круглый цикл. Даже когда спит, – усмехнулся Кержак.

— Как это?

— Вот так. Это закон империи, – с усмешкой развёл руками орк.

— Но ведь они будут требовать, чтобы я добивался от вас различных привилегий для империи и заставлял делать то, чего вы делать не станете.

— Зная тебя, они не рискнут, – отмахнулся Родри. – К тому же ты всё равно будешь жить в замке, в моём уделе, так что все недовольства никак на тебе не отразятся. Даже если откажут в должности, замок останется за тобой. А другого чиновника мы имеем полное право за пределами удела оставить.

— Всё равно там какой-то подвох есть, – упрямо покачал головой Лёха. – Не верю я, что всё так легко и просто.

— Жизнь покажет, – философски проворчал Кержак. – Сходим на приём, а дальше видно будет.

— Ну тогда озадачивай женщин. Пусть обновки шить садятся, – вздохнув, сдался Лёха.

Все его потуги остаться в тени и прожить незаметно для сильных мира сего оказались напрасной тратой времени. Первородные с упрямством бульдозера выталкивали его в императорское окружение, чтобы изменить отношение людей к ним. Но сам Лёха считал, что начинать надо с другого конца. Прежде всего, нужно изменить отношение к первородным низшего сословия – крестьян, ремесленников и мелких торговцев. Потом можно заняться и благородными, а параллельно привлечь на свою сторону духовенство.

Обсуждая с Кержаком вопрос строительства каменных храмов, Лёха даже предложил строить эти здания с секретом. По его замыслу, в углах каждого нового храма нужно было заложить солидный заряд пороха и вывести в определённые места запальные шнуры. Когда орк с ужасом поинтересовался, зачем парню смерть стольких людей сразу, тот рассмеялся и, тыча пальцем в чертежи, принялся пояснять свою задумку. Всё оказалось не так кровожадно.

Эти заряды нужны были Лёхе для того, чтобы, в случае агрессии со стороны властей и духовенства, наглядно показать народу, что их действия ошибочны. А для этого достаточно просто взорвать ночью храм в ближайшем городе и пустить слух, что пятеро сердятся на власти и своих слуг за то, что осмелились тронуть первородных. Ведь до тех пор, пока их не трогали, храмы крепко стояли и разрушаться не собирались.

Внимательно выслушав эти рассуждения, Кержак схватился за голову. Ему и помыслить о подобном было страшно. Но сам Лёха, будучи циником из двадцать первого века другого мира, только посмеялся над страхами орка. О том, что слухи – это тоже оружие, он знал не понаслышке.

Спор этот так и не был окончен, но Кержак крепко задумался, то и дело, поглядывая на парня странным взглядом. И вот теперь, пытаясь выкрутиться из новой напасти, Лёха вспомнил тот разговор, но поднимать эту тему не стал. В любом случае переупрямить сразу двух первородных даже его воли не хватало. Услышав про парадную одежду, Родри только хитро усмехнулся в бороду и, глотнув пива, с видом превосходства заявил: