Книга Дитя прибоя, страница 207 – Эльхан Аскеров

— Учить.

— Мне сказали, что вы живёте среди первородных постоянно. Это так? – вдруг спросил император.

— Да.

— А почему? Разве вам плохо среди людей?

— Я люблю работать руками. Придумывать разные механизмы. А здесь все умеют работать и презирают лентяев и белоручек. Поэтому здесь я на своём месте. А теперь отправляйся отдыхать. Время поговорить у нас ещё будет.

— Я бы остался рядом с вами, если вы не против, – настойчиво ответил юноша.

— Я не против. Развлекайся, – усмехнулся Лёха, заметив, как горят от любопытства глаза юного императора.

* * *

Развалившись в кресле, Лёха прихлёбывал вино и лениво отбивался от наскакивавших на него вождей, возмущённых бесцеремонностью парня в разговоре с императором.

— Ты совсем ума лишился, Дальвар! – вопил Родри, размахивая пудовыми кулаками. – Да, он мальчишка! Но он ещё и император. А ты разговариваешь с ним так, словно он живёт в соседнем дворе твоей деревни.

— Дальвар, этого юношу с самого детства приучали к тому, что любой, разговаривающий с ним, прежде всего, его подданный, и он властен над жизнью этого существа. А ты его сходу оскорблять начал, – поддержал гнома Кержак.

Дракон только согласно вздохнул. Разговор проходил под тем деревом, где прошлой ночью сидел сам Кержак.

— Хочешь сказать, что, вернувшись, он прикажет меня казнить? – с интересом повернулся Лёха к орку.

— Я бы не удивился, – помолчав, нехотя кивнул тот.

— Не думаю, – озорно усмехнулся парень.

— Почему? – дружно спросили вожди.

— Всё просто и сложно одновременно, – вздохнул Лёха. – Если любого из вас в течение одного цикла кормить только его любимым блюдом, то ему сухая корка лакомством пятерых покажется. Так же и здесь. Ему всю жизнь твердили, что он император. Перед ним кланялись, выполняли все его капризы, а тут с ним разговаривают, как с равным. Не заискивая, ничего не выпрашивая. Просто и прямо говорят, что думают. Я уверен, что ему это понравилось. Он привык, что всем от него что-то надо. Пусть не сейчас, но всё равно надо. А здесь всё не так.

Лёха не знал, как правильно объяснить им то, что он почувствовал и прочёл в глазах этого мальчишки. Азарт, восхищение, радость от свободы, восторг избавления от правил и этикета. В общем – убойный коктейль, который бурлил в крови мальчика. Нечто подобное чувствовал он сам, когда понял, что больше не должен возвращаться в опостылевший до тошноты приют. Когда, получив документы, понял, что свободен от местных правил и сам может решить, что делать и чем заниматься.

Словно в ответ на его мысли на тропе появился сам император в сопровождении охраны, состоявшей из двух могучих орков. Оглядевшись и заметив всю компанию под деревом, юноша быстрым шагом подошёл к ним и, не здороваясь, сходу спросил:

— Дальвар, я могу увидеть вашу новую машину?

— Можешь, – кивнул парень, жестом указывая на соседнее кресло.

При появлении императора Кержак и Родри, не сговариваясь, встали, но Лёха даже не пошевелился.

— И ещё. Я хотел бы с вами поговорить, – добавил юноша.

— Не вопрос. Говори, – кивнул Лёха.

— С глазу на глаз, если вы не против, – смутился юноша.

— У меня нет секретов от друзей, но если это личное, то я готов, – пожал плечами парень, не спеша поднимаясь из кресла. – Извините нас, друзья.

— Конечно, – дружно закивали головами вожди.