Книга Дракон, страница 247 – Андрей Земляной, Эльхан Аскеров

— Верно, разница только в том, что я хоть иногда, изредка, забочусь о тех, кто живёт в этом поселении. Грубо, иногда жестоко, но все они имеют то, что имеют. Я даю им главное – надежду. Уверенность в завтрашнем дне. А о ком заботитесь вы, мистер Кнехт? Кому вы помогли?

— Я? Э-э, ну…

— Не трудитесь. Не думаю, что вы сможете вспомнить что-то стоящее, – презрительно усмехнулся пастырь. – Вы просто законченный циник, для которого нет ничего святого. И поступлю я с вами, как с обычным циником. Цинично и жестоко. Учтите это, когда будете отдавать команды своим присным. Помните, что выбор у вас простой: или сделать, как я говорю, или окончить свою жизнь в виде ледяной статуи. И это в лучшем случае.

— А что помешает вам убить меня после выполнения моей части сделки?

— Циничность. Гораздо приятнее сознавать, что где-то там, в большом мире, есть человек, который мечтает только об одном – добраться до твоей глотки. И при этом не имеет для этого ни средств, ни возможностей… Чем знать, что ты когда-то пришиб очередного подлеца. Согласитесь, это очень веская причина.

— Я действительно недооценил вас, – прошептал Кнехт, понимая, что на этот раз удача не просто изменила ему. Она от него ушла.

* * *

Вернувшись с охоты, мужчины быстро распределили добычу и следующим утром отправились в космопорт. С катера в вечер возвращения Владу сообщили, что на подходе очередной чартер. Зная, что сведениям Васильева можно доверять, разведчик от души выругался, и одним глотком допив чай, устало покосился на хлопочущую у плиты Лину. Заметив его взгляд, женщина лукаво улыбнулась и, подойдя, тихо спросила:

— Чего там опять у них?

— Очередная партия набожных придурков. Как же они мне надоели. Так и хочется приказать всех за борт спустить. Только воздух чище будет.

— Совсем озверел?! Это же люди живые! – возмутилась Лина.

— Знаю, потому и не делаю, – усмехнулся в ответ Влад. – С мясом там разобрались? Всем хватило?

— Нашёл чем голову забивать, – отмахнулась женщина. – Там не то что хватило, ещё и останется.

— Нужно же было всем долги раздать, – удивился Влад.

— А мы с Дженни и раздали. Илье в дом лося отвезли, за ружьё кабана отдали, а нам с Дженни оленей хватит.

— Погоди, а за карабин?

— Так она карабин тебе так отдала. Олень – это Санни за снегоход.

— Как отдала? А почему я об этом не знаю? – растерялся Влад.

— Теперь знаешь. Да успокойся ты. Она из этого карабина не то что выстрелить – прицелиться-то толком не может. Так что дело решённое.

— И опять у меня за спиной, – недовольно нахмурился Влад.

— Это наши дела, женские. Тебе в них вникать незачем, – отмахнулась Лина.

— Ну, тогда сами в них и разбирайтесь. А у меня с утра работы будет выше крыши, – усмехнулся разведчик.

— Тогда пошли отдыхать, – нежно проворковала Лина, всем телом прижимаясь к нему.

— С удовольствием, – тихо рассмеялся Влад и, подхватив её на руки, унёс в спальню.

Утром, заехав за приятелем, разведчик нехотя уселся за коммуникатор и, связавшись с орбитальной станцией, спросил дежурного офицера, как долго пассажиры ждут разрешения на посещение планеты. Как оказалось, шаттл прибыл ночью, и пассажиров только недавно перевели на станцию. Дальше началась процедура фильтрации. Быстро отказывая в посещении всем паломникам, торговым агентам и тому подобным посетителям, Влад решительно заполнял нужные бумаги. Неожиданно привычный порядок был нарушен странным заявлением худощавого молодого чело века.