Книга Нежданная кровь, страница 37 – Эльхан Аскеров

Проснулся парень от звонкого щебета каких-то птах. Вскинув голову, он обвёл быстрым взглядом бивак и, приметив уже разведённый костерок, не торопясь поднялся. Из кустов всё тем же бесшумным шагом выскользнул Григорий и, увидев, что парень проснулся, с улыбкой произнёс:

— Поздорову ль ночевал, брате?

— Слава роду, дядька, – улыбнулся Беломир, поднимаясь. – Сам-то как?

— Славно выспался, – кивнул казак. – Так что ночью спокойно сбегаю. Своим глазом надобно на всё глянуть.

— Добре, – коротко кивнул парень, направляясь к роднику.

— Тут вот ещё чего, – заговорил казак, едва только Беломир вернулся к костру. – По тропе хазары ехали. И тоже к степи.

— А этим-то чего тут надобно? – удивился парень. – Мёдом им всем наши предгорья намазаны?

— Я так мыслю, тоже решили за татарами присмотреть.

— Нас не заметили?

— Посмеяться решил? – фыркнул казак. – Мы от той тропы почитай в полуверсте стоим. Где им приметить?

— Погоди, а ты-то как там оказался? – моментально насторожился Беломир.

— Коней их услышал, вот и решил погулять, да заодно глянуть, кто это тут так вольно ездит, – хмыкнул казак.

— Много их было? – подумав, уточнил парень.

— Десяток.

— Меня надо было будить. Самострелами бы разом ополовинили, а после и в клинки взяли, – высказался Беломир.

— Успеется, – отмахнулся казак. – Вот как в обратный путь соберёмся, тогда и посмотрим, как они устроились.

— А ты, небось, уже знаешь где, – поддел его Беломир.

— Знаю. Что ж я, даром ноги бил? – тихо рассмеялся Григорий. – Чем тех степняков меньше, тем нам спокойнее.

— Вот и я так думаю, – решительно кивнул Беломир. – Что делать станем? До вечера времени ещё много.

— Ты как сам решишь, а я поем да посплю. Ночью побегать придётся, так что силы нужны, станут, – заявил Григорий, ловко нарезая копчёное кабанье сало производства кузнеца.

Векшины деликатесы уже стали в станице чем-то вроде визитной карточки. Почти все станичники обращались к кузнецу с просьбой правильно закоптить всякую убоину. А вот такое сало уже серьёзно укрепилось в походном сухом пайке казаков. Ради этого станичники даже стали устраивать по осени серьезные охоты на кабаньи стада. Благо зверя этого в местных лесах хватало.

* * *

Как оказалось, Григорий был абсолютно прав. В степи действительно разразился мор. Тиф выкосил почти половину всех кочевников. То и дело, при выезде в разъезды, казаки замечали одиночные кибитки, медленно пылящие следом за большой овечьей отарой. Нередко такие отары в стороне сопровождали ещё и стаи хищников. Отгонять их было уже просто некому. Для самих казаков наступили спокойные времена.

Хазары, после той памятной свары с татарами и горцами, откочевали куда-то за Итиль, татары, после мора, ушли на дальние пастбища, про печенегов с половцами и вспоминать не приходилось. Те к предгорьям приходили дай бог раз в три года. Так что очередная стычка с горцами заставила станичников вспомнить, что живут они тут не просто так, и взяться за оружие.

Налёт на выпас двух десятков бойцов был отбит, и казаки, недолго думая, отправились вдогон за выжившими после стычки абреками. На тот момент ни Беломира, ни Григория в станице не было, так что командовать казаками пришлось Родомилу, как выборному атаману. Но едва только казаки начали подниматься в горы, как положение резко изменилось. Тут горцы были у себя дома и отлично знали, как вести на этих тропах боевые действия.