Книга Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь, страница 48 – Эльхан Аскеров

Подойдя к указанной стене, Беломир принялся с интересом перебирать бруски различной древесины. Найдя подходящий обрезок, он подобрал в куче старого хлама гвоздик и, присев на чурбачок, принялся вычерчивать нужную форму.

— А ножовка у тебя тут есть? – спросил он, закончив.

— Вон, над тем столом посмотри, – кивнул Векша на другую стену.

Найдя на гвоздике нечто похожее на ножовку по металлу, Беломир принялся искать, в чем бы закрепить заготовку, но ничего, даже отдаленно напоминающего тиски, тут и в помине не было. Взяв небольшие клещи, парень отыскал кусок веревки и, зажав в них деревяшку, прикрутил клещи к ножке стола. Аккуратно спилив лишнее, он раскрутил свое сооружение и, приметив в стороне ведро с сырым песком, принялся шлифовать станок.

Увлекшись, парень не обратил внимания, что Векша, продолжая катать проволоку, не сводил глаз с него, наблюдая за его действиями. Кузнец явно примечал все, что могло бы хоть как-то быть полезно ему в работе. Вбив в деревяшку заготовки из иглы, Беломир несколько раз провернул рычажок и, убедившись, что вращается он ровно и без перекоса, одобрительно кивнул. Потом, задумчиво оглядев убожество, игравшее роль верстака, спросил:

— Векша, а ты точное литье знаешь?

— Учился, – удивленно кивнул кузнец.

— А ежели я тебе из глины нужную форму слеплю, сможешь из свинского железа отлить все точно?

— Ну, ежели не шибко махонькие детали будут, отолью, – подумав, осторожно кивнул мастер.

— А где тут глины набрать можно? – задал Беломир следующий вопрос.

— А вон, по ручью вверх ступай. Там дальше заводь будет. А на той заводи, в берегу, глины и накопаешь. Ее там много, – усмехнулся кузнец.

— У тебя корзина какая-нибудь старая найдется? – спросил парень, решив не откладывать дела в долгий ящик.

— У сарая, под навесом посмотри, – ответил Векша, продолжая работать.

Найдя корзину, Беломир отправился в указанную сторону. Найти глиняный пласт оказалось просто. Похоже, местные ее тут добывали регулярно. Даже раскоп прикрыли ветками, чтобы глина не пересыхала от жары. Наковыряв полную корзину жирной, упругой глины, парень отправился обратно в кузню. Но, уже начав лепить тиски, он вдруг сообразил, что в кузне нет ничего, чем можно было бы нарезать резьбу. Удивленно тряхнув головой, он повернулся к мастеру и, переминая в руках кусок глины, осторожно спросил:

— Векша, а ты резьбу чем режешь?

— Чего делаю? – растерялся кузнец. Похоже, про подобную штуку он и не слышал.

— Ну, бороздки на железном штыре нарезают, чтобы его потом во что вкрутить можно было, – принялся пояснять парень.

— А, так это ты винтовальный прихват так называешь, – вдруг сообразил Векша.

— Ну, наверно, – растерянно протянул Беломир.

Проблема языкового барьера хоть и уменьшалась постепенно, но все еще оставалась серьезной. Иной раз парень опасался что-то сказать, не зная, чем заменить знакомые с детства слова. А самая большая трудность заключалась в подборе подходящих названий или терминов. Ну не говорили тут еще так, как привык он.

— Так напильником режу, – пожал Векша плечами, не отрываясь от дела.

«Ой, мама, роди меня обратно, – застонал про себя Беломир. – Если они тут еще и гайки не знают, я точно рехнусь».

Замолчав, он сосредоточился на работе. Придав большим кускам нужную форму, парень взял с верстака старый, сточенный нож и, чуть подправив его на оселке, принялся наводить на форму лоск.