Книга Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь, страница 429 – Эльхан Аскеров

Беломир не стал его выкидывать, а просто сунул в деревянную шкатулку и убрал под стреху крыши в сарае. О тайнике знал только он сам. Разбрасываться ядом в окрестностях станицы парень просто не рискнул. Как говорится, от случайности никто не застрахован.

Уже совсем стемнело, когда характерники, проснувшись, принялись готовиться к отъезду. Григорий, быстро заседлав коня, прыгнул в седло и умчался, только пыль взметнулась.

А вот Елисею пришлось уходить пешком. В сопровождении только Беломира. Но прежде казак написал на клочке пергамента короткое, но ёмкое сообщение. Ведь добираться до станицы ему предстояло волком. И обернуться обратно он без кинжала не сможет. В общем, Беломир старательно выполнял все указания казака, чувствуя себя участником какого-нибудь шоу, для всяких последователей тайных оккультных наук. Никак иначе он своё состояние описать не мог.

С одной стороны, видел всё своими глазами и понимал, что это правда, а с другой – никак не мог поверить, что это действительно происходит. В общем, ещё немного, и здравствуй, биполярочка. И только привычка держать себя в кулаке и принимать обстоятельства такими, какие они есть, выручала в особо сложных случаях. Вот и теперь, дождавшись, когда закончится оборот и громадный волк бесшумно скроется в кустах, парень собрал аккуратно свёрнутую одежду и, прихватив кинжал, вернулся в лагерь.

Казаки, увидев его поклажу, быстро переглянулись и, не удержавшись, пересели поближе. Понимая, что вопросов не избежать, Беломир налил себе в кружку чаю и, присев на кошму, негромко поинтересовался:

— Спросить чего хотели, други?

— Ты сам видал, как они оборачиваются? – сразу раздался вопрос.

— Видал.

— И как оно?

— Тяжко и больно. А ещё стороннему опасно. В первые мгновения они себя не помнят, порвать могут. Потому я и держусь в стороне, пока не закончится всё.

— Выходит, они потому никого стороннего с собой не берут. А ты с ними потому, как и сам характерник?

— И сам. Только другой, – вздохнул Беломир, понимая, что тут так просто не отмолчишься.

* * *

Орудие рявкнуло, выбрасывая клубы дыма, сноп огня и примерно две пригоршни каменной гальки. Провизжав в воздухе, каменный дроб, как тут это называли местные, врезался в накатывающие на отряд казаков ряды хазар. Среднюю часть строя буквально сдуло. Не дожидаясь команды, казаки вскинули составные татарские луки, и в воздух взвились стрелы. Беломир, пользуясь своей властью, парой движений сменил на пушке прицел и, шагнув в сторону, скомандовал:

— Пали!

Второй выстрел окончательно отбил у степняков всякое желание воевать, и оставшиеся в сёдлах воины принялись разворачивать коней. Но отпускать их никто не собирался. Над казачьим строем сверкнула сабля и послышался отчаянный рёв:

— Гойда!!!

Отряд двинулся вперёд и начал разгоняться. Казачья лава взяла разгон и вскоре захлестнула остатки степного воинства. Но Беломиру было уже не до этого. Вскочив в седло, парень пронзительно свистнул, и приданный ему десяток взял с места широкой рысью. Обойдя место стычки по дуге, парень повёл своих бойцов к лагерю лазутчиков. Этих нужно было обязательно взять живьём.

Влетев в распадок, Беломир не раздумывая срубил вставшего на пути мужчину с саблей и, чуть подтянув левый повод, направил коня прямо к шатру, разбитому под деревьями. Разбираться, кто здесь был слугой, а кто охранником, времени не было. Казаки его десятка и сами разберутся. Осадив коня у входа в шатёр, парень соскользнул с седла и, сунув шашку в ножны, выхватил кинжал.