Книга Кречет: Случайный шаг. Первый очаг. Нежданная кровь, страница 401 – Эльхан Аскеров

— Где?! – дружно выдохнули казаки, впившись в неё взглядами.

— К Дону шли, – коротко ответила женщина. – Слух прошёл, что из городища одного большое войско в степь ушло. Вот хан и решил, что с городища добычи поболе будет, чем со станов казачьих.

— Верно знаешь? – жёстко спросил Елисей, глядя ей в глаза.

— Коней моих видел? – спросила Дамира вместо ответа. – Оба с десятников ханских взяты. Они на меня случаем выскочили, вот и пришлось вспомнить, что я не просто так в воинстве нашем воеводой стала, – жёстко усмехнулась амазонка.

— Их что, всего двое было? – насторожился Беломир.

— Десяток их был. Да только случилось всё в моих местах. Там, где я каждый камень с детства знаю. Вот и взяла их по одному. Эти-то решили, раз баба одна, так её и полонить просто будет, – презрительно фыркнула Дамира. – Да только не поняли, что я не просто так бегать принялась.

— Так они в стан ваш пришли? – сообразил Елисей.

— Да. Потому и получилось всё. Слава Матери, успела я всё потребное исполнить. Уже обратно ехать собиралась, когда эти объявились. Хотели блуд потешить, да там и остались все. Простых воев стрелами взяла, а десятников по одному срубила. И пока подыхали, спрос учинила. Всё поведали, – зло усмехнулась воительница.

— Сама-то цела? – на всякий случай поинтересовался Беломир.

— Благодарствую. Обошлось, слава Матери, – благодарно склонила женщина голову. – Рука у тебя, Беломир, лёгкая. По стану крутилась, как та белка, а шрам, что ты лечил, даже не заныл.

— И много хан войска собрать успел? – вернулся Григорий к главному.

— Три с половиной сотни воев простых. И по чести сказать, воями их зря называют. Даже луки у них убогие. Это у степняков-то, – качнула она головой. – Я так мыслю, в мор всё добро родичи вместе с телами сжигали, вот добрых луков и не осталось. Вон, гляньте под навесом, – ткнула она пальцем. – В вязке всё оружие, что я с тех воев взяла. Слова доброго не скажешь. Особливо ты, Беломир.

Стремительно взмыв на ноги, Елисей быстро подошёл к указанному баулу и, притащив его к столу, принялся распускать завязки кожаных ремней. Широкая кошма раскатилась, являя взглядам собравшихся кучу клинков самого разного качества и амуницию ко всему имевшемуся оружию. Не вставая Беломир подхватил ближайшую саблю и, вытянув её из ножен, мрачно усмехнулся, презрительно хмыкнув.

Клинок и вправду доброго слова не стоил. Быстро осмотрев всё оружие, парень махнул рукой и, набросив на трофеи край кошмы, проворчал, усаживаясь на место:

— Только в переплавку. Таким биться, себя не уважать. И зачем везти было? – повернулся он к женщине.

— Так тебе и везла. Хоть так за добро твоё отдарюсь. Знаю ведь, что у тебя тут вечно с железом всяким горе одно, – рассмеялась Дамира. – И коня одного себе забирай. На выбор.

— Да куда мне их столько, – отмахнулся Беломир. – Вон, буланый, что трофеем с хазарина взял, так по двору и ходит. Одна радость, жеребята от него добрые.

— Не спеши отказываться, – протянул Григорий, разглядывая трофейных коней. – Караковый, похоже, из тех же краёв, что и буланый твой. По статям, похоже, не особо Елисееву жеребцу в скачке уступит.

— Бери, Беломир. От души дарю, – произнесла Дамира, грустно улыбнувшись.

— Благодарствую, – чуть помолчав, склонил парень голову.