Книга Кодекс Охотника #11, страница 83 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Пикси поняли, что я представляю для них смертельную угрозу, и стали пищать между собой, о чем-то договариваясь. Теперь над моей головой, высоко под потолком, летают светящиеся Пикси, которые зарядили свою пыльцу еще сильнее. Тут мне даже пришлось уйти от атаки подальше, а то… ну, нафиг! Проснусь еще лысым, совсем без волос, так как сомневаюсь, что они смогут меня убить, но вот побрить…

Вероятно, думают мелкие заразы, что я не могу до них дотянуться. Может и так… А может мне просто лень.

Достаю Аквилу, и напитываю ее стихией огня до тех пор, пока она не побелела. А затем просто швырнул свой меч в их улей. Он был защищен магическим барьером, но я его пробил, и теперь наблюдаю, как Аквила распространяет огонь на весь их домик. Затем призвал Водных слаймов, которые принялись плеваться в Пикси. От специально “настроенной” жижи их крылья слиплись, и они падали на землю, где и разбивались. Слабые, но подлые существа.

Еще некоторое время мне понадобилось, чтобы раздолбать кристалл, который не хотел поддаваться, настолько старым оказался. Как итог, я с удивлением держал небольшой его кусок, который переливался синим цветом.

Хм… Обычно от кристалла ничего толкового не остается. А в этот раз осталось… Напрягает меня то, что я не знаю, почему так, и что с этим делать. Принялся проводить разные манипуляции, но они ничего не дали. Непростая конструкция, которую не так легко взять нахрапом. Думаю, что сейчас в моих руках накопитель энергии, но точно уверенным быть не могу. Ладно, плевать… Вернусь в наш мир, и разберусь с этим.

По возвращению на склад меня уже ждал Один.

— Ваша воля исполнена! — доложил он мне. — Все вредители мертвы.

— Как все? А пленные? — спросил я его, наблюдая, как он задумался.

— Пленные? Тоже мертвы… — развел лапками мой боевой Крыс.

Блин, Один… Такой Один… Опять забыл взять пленных. Всё еще судит по себе — ведь Самураи в плен не сдаются!

Имение Рода Долгоруковых в столице

г. Петербург

Князь Долгоруков взглянул на имя абонента, и улыбнулся. Князь Морозов, собственной персоной.

— Привет Ваня!

— Здорово, Ваня! Как твое драгоценное?

— Не дождетесь! — хмыкнул Долгоруков.

В ответ он услышал добродушный смех друга.

— Ну, а в целом-то как?

— Да Андросов только что ушел, сказал, что жить буду. Сказал выбирать — недолго и счастливо, или долго и грустно.

— У-у-у… — протянул понимающе Морозов. — Опять бросить курить заставлял?

— Ну, ты же его знаешь. “Иван Сергеевич, миленький. Мы, Одарённые — парни крепкие, но эта дурная привычка сведет тебя в могилу!” — очень точно Долгоруков повторил интонацию их друга, князя Андросова.

Этим он вызвал новый приступ веселья у Морозова.

— Вот гад такой! И сам-то шмалит, как паровоз! А еще Лекарь!

Теперь рассмеялся Долгоруков.

— Ну так он как раз и говорит, что Лекарям можно даже цианистый калий пить вместо водки, им все нипочем!

— Наша песня хороша, начинай сначала! — хмыкнул Морозов.

Из тройки старых друзей только он не курил, избавившись от дурной привычки уже давно и окончательно. Но с интересом наблюдал за пикеровками своих товарищей.

— Опасности для жизни нет? — всё-таки уточнил он.

— Нет, — посерьезнел Долгоруков. — Артефакты справились, но состояние дурное. Кроме этого, Василич сказал, что я сам сейчас ходячая отрава. Дыхну не в ту сторону, и случайный человек может скопытиться.