Книга Кодекс Охотника #15, страница 7 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Хороший вопрос, кстати. Что ей ответить? Что у меня чуйка? Смешно же.

— Скажем так, я полагаю, что сегодня нас будут не только поздравлять.

— Аааа… ясно, — понятливо ответила она. — Если что, тогда разбудишь.

На этом она повернулась на бок и уснула. А вот я спать не мог до самого утра… Все думал о ребенке, и как жить дальше.

Утром я пришел к выводам, что если не было еще Охотниц, то это не значит, что это невозможно.

Ставка Монгольского Хана

Дворцовый комплекс переносного типа

— Скажите мне, собаки… Как это, вообще, возможно? Почему мой личный враг, вместо того, чтобы валяться в собственных кишках, сейчас спокойно разъезжает по миру и делает отпрысков?

Хан не говорил, он орал не своим голосом, и от этого многие жалели, что сегодня именно их смена.

— Я говорил вам, что он, и все, кто ему дорог, должны умереть⁈ — когда он кричал, то аж слюна брызгала изо его рта. — Почему он все еще жив? С каких это пор мои слова перестали восприниматься всерьез?

Все промолчали. Никто в здравом уме не хотел сейчас открывать рот. Один такой герой, который посмел сообщить новость о беременности жены их врага, уже лежал здесь с отрубленной головой.

Впрочем, Хан и сам прекрасно знал ответ. «Верность» он потерял, и вместе с ней лояльность своих людей, как он думал. Но правда была в другом. Увы, но страх перед ним слишком велик, чтобы сообщить Хану, что его сын жив… Мало того, что Ашик сумел выжить, так он еще переметнулся к врагу. Именно этот факт знающие люди скрывали, как можно тщательнее.

Если он узнает про Ашика, то, скорее всего, их табуны в этот же день без подготовки могут пойти в набег. А триста тысяч «всадников» это грозная мощь даже для Империи. Другое дело, что половина из них может не вернуться. И они понимали, что такая война не обойдется без очень большой крови.

Скорее всего, даже закончится уничтожением кого-нибудь одного. Не все разделяли мнение Хана по поводу союзников. Он местами верил им больше, чем своим собственным людям, и не брезговал исполнять их идеи, которые те приносили, щедро присыпанные золотом и подарками. Таким образом, личная армия Хана имела лучшую технику и вооружение, и само собой ни один из его людей не отправился на штурм «Верности». Он все планирует ее вернуть, но не своими руками.

Не стоит говорить, что такие вот события и привели к тому, что в темных шатрах стали шептаться о слабости Хана. Глупый хан — слабый Хан.

— Как всегда, вам нечего мне сказать. Трусы! — обозвал он своих людей и уселся на свой трон. — Ничего. У меня еще есть советники Драконов, которые обещали придумать решение.

Странно… Но нападения не было… А я почти на все сто был уверен, что в день, когда все узнают об этом, точно захотят устроить мне подлянку. Тут такое дело, что многие люди любят преподносить свою месть в какие-то знаменательные даты.

Впрочем, не случилось, так не случилось… Так как я ждал до самого утра, то спать мне уже было поздно ложиться, и я решил пойти и набрать немного энергии для себя. А то прошлые битвы меня слегка вымотали, и не ровен час, когда в Империи на еще одного Абсолюта станет меньше.

Блин… Вспомнил про Вербицкого, когда мысли привели к Абсолютам. Вот вроде все правильно сделал, что оставил ему его жизнь, и даже можно сказать, спас… Но осадочек остался. Этот человек предал Империю, и заслуживал он, пожалуй, того же, что и все предатели, а именно смерти.