Книга Кодекс Охотника #13, страница 97 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

По моей просьбе Шнырька показал мне происходящее в комнате. Троица явно была снабжена внутренним переговорным устройством, потому что Распутин на секунду прислушался к невидимому голосу и широко улыбнулся.

— Твой ублюдок сейчас стоит у двери. Не знаю, что он хочет, но может, мы его впустим, и решим всё раз и навсегда?

В глазах Арины появилась лень. Ей было скучно и неинтересно.

— Нет… Зачем? Не люблю пачкать руки, — демонстративно достала она пилочку, и стала ухаживать за ноготками. — Да и не похвалят нас за такое. Сегодня великий день для Дракона.

— Должен был быть, — хмыкнул Распутин.

— Я тоже против! — а это уже Вербицкий.

Его слова заставили удивиться Распутина не на шутку.

— Великий Абсолют Вербицкий зассал перед каким-то бароном? И это не учитывая меня, и нашу умничку Аришку. Да мы его в порошок сотрём! — ухмыльнулся Распутин.

— Вот только Император Дракон не порадуется, что мы разнесли его дворец. А мы его разнесём, уж поверь моему опыту, — возразил Вербицкий.

Распутин расхохотался.

— Вы правы… Слишком много чести собаке… — на этих словах он посмотрел на Арину.

Его слова не вызвали у нее совершенно никакой реакции. Зато вызвали у меня. На моем лице появилась улыбка. Интересная ситуация. Она не считает меня своим сыном, а я ее матерью, ведь основной жизнью я считаю свою прошлую. Но даже так я не могу простить их слова. Кем эти уроды, вообще, себя возомнили?

— Посмотри на него — стоит и ждет нашей милости! — хохотнул Распутин, глядя на планшет.

Здесь были камеры, и в этот момент я показал средний палец в ту, через которую на меня смотрели.

— Сидите в закрытой комнате и боитесь показаться на глаза какому-то барону, — жизнерадостно улыбнулся я. — И при этом считаете себя важными? Ну-ну! Черт с вами, в другом месте встретимся, например, в одном из замков Тибета.

Оттуда пыхнуло дикой аурой. А мне плевать… Я смотрел на них через Шнырьку. Впрочем, злым уже был не только Распутин.

— Какой он дерзкий! — сжала зубы Арина. — Он мне напомнил их… Все они так себя вели…

Кажется, серая слабая уточка почувствовала себя не в своей тарелке. Это потому, что она предала Род?

— Может покажешь ему его место, и отправишь одну из своих подружек? — засмеялся Распутин.

Улыбка быстро пропала с его лица, когда он понял, что она так сейчас и сделает.

— Шиона, ползи, моя девочка, — нагнулась Арина, и из своих широких одеяний выпустила змею на пол.

Я как раз шел отсюда прочь, когда увидел это представление. Сказать, что я потерял дар речи, это ничего не сказать. Она натравила на меня змею?

Змея… Ладно бы, если сильную тварь… Неужели она думает, что я настолько слабый? Нет… Так дело не пойдет. Снова прыгаю в свое сосредоточение душ и вытаскиваю несколько хвостиков, которые шипят и не хотят уходить, им и здесь хорошо живется. Но надо…

Тиранийская Королевская Шипастая Кобра появилась в виде духа в этом мире, и не поняла сразу, зачем я ее позвал, если не дал тело. Но оно ей и не надо. Мысленный приказ показать им, кто здесь главный. Через минуту я мог наблюдать интересную картину. Змея, которая ползла ко мне, сошла по дороге с ума, и укусила сама себя, а затем прыгнула на Вербицкого. Тот ее, конечно, сразу убил, успев мгновенно среагировать, но теперь странно смотрит на мою «мать».