Онлайн книга «Кодекс Охотника #21»
|
Я не знал, что мою девочку может так вывести из себя. У нее был такой голос, словно у нее сейчас начнется истерика. — Саша… Ты нам нужен… Это срочно! Сказать, что у меня началась легкая паника, это ничего не сказать. — Что случилось? Нападение? Кто? Поднимайте гвардию! Зовите Одина! Скажите ему, что я разрешаю активировать вообще все! Даже то, что говорил никогда не трогать! От моих слов аж Лиза выпучила глаза, и схватилась за планшет. Видимо, стала узнавать, кто на меня напал, и готова была послать подмогу. — Нет, Саша… Все еще хуже… — зарыдала Анна. А мое сердце слегка дрогнуло. — Что хуже? — Саша… хнык… Карамельке очень плохо… Она заболела… — Кушает? — Пло-о-охо… — Что её конкретно беспокоит? — У неё настроения нет! И вообще… Это трудно объяснить… Пожалуйста… Приезжай… Ты нам нужен… Вроде отлегло от сердца, но с другой стороны, это ж Карамелька! Член Рода и Семьи. — Дай мне два часа, и я буду дома. — Спасибо… Поторопись! Я обернулся к Лизе. — Прошу прощения, но наш ужин придется отложить, — говорю ей серьезным голосом. — У меня дома кошка заболела! Глава 10 На выходе из императорского кабинета я увидел весело трещащих Абсолютов. Да-да, Пушкин и Алексеев о чём-то разговаривали, причём Алексеев стоял понурил голову, а Пушкин явно что-то выговаривал ему. Когда он увидел меня, он поднял руку, привлекая к себе внимание. — Александр, есть две минуты? — При всём уважении, Александр Сергеевич, у меня кошка дома заболела. — Саня! — увидев меня, обрадованно крикнул Алексеев. Он, наверное, решил, что с моей помощью отмажется от нотаций старшего товарища. Хмм… «Саня»? Как-то фамильярно, для чуть было не помершего. И да, хрен ты угадал. Уже немного зная Пушкина, уверен, что он так просто выговоры не учиняет, а только всегда по делу. Да и не дело для Абсолюта валяться беспомощным в тот момент, когда Родина в опасности. — Рад видеть тебя в здравии! — кивнул ему, не останавливаясь. — Но вообще хочу сказать, что неблагодарная вы жопа, господин Евгений. — Я? Что? — походу Алексеев, Абсолют Империи и любимчик всего населения, не привык к таким разговорам. — Галактионов, ты куда? Стой, поговорить надо! — Если очень надо, полетели со мной в Иркутск. Блинами накормлю и мозги на место поставлю. Если нет, тогда отложим разговор на попозже. Всё это я говорил, быстро удаляясь по коридору и постепенно повышая голос, чтобы оторопевший Алексеев меня точно услышал. Последние слова мне пришлось буквально выкрикнуть. — Но ты мне должен, Женя! Как земля крестьянину должен! Запомни об этом!!! Ну, и побежал по противопожарной лестнице, проигнорировав лифт, потому что в нём сейчас кто-то ехал. Конечно, я сразу отправил Шнырьку посмотреть на их реакцию. — Александр Сергеевич, вы это слышали? — недоуменно повернулся Алексеев к Пушкину. — Слышал, Женя, слышал. А ещё видел, — откровенно потешался над ним Пушкин. — Но этот сопляк… — Так, стоп! — улыбка слетела с лица Абсолюта. — Галактионов кто-кто, но точно не сопляк. Если бы не он, ты бы сдох в том Разломе. И мы тоже сдохли, скорее всего. Но это не факт, — покачал седой головой Абсолют. — А вот то, что Империя потеряла бы перспективного Абсолюта Евгения Алексеева — это стопроцентный факт. Так что имей хоть немного уважения к своему коллеге и спасителю. |