Книга Кодекс Охотника #21, страница 22 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Некоторую часть отправят не в такое жесткое место. Они были пешками, и будут мотылять свой срок только за глупость. Другие вообще ничего не успели сделать, и были, как говорится, поди-подай. Их садить только разве что за любовь к деньгам. Ну, и само собой, имперские сыски тоже уменьшили тот список, который попал ко мне. Многие сейчас на допросах или будут перевербованы.

Ко мне отправляли тех, кто запачкался по-крупному. Люди, что находились в розыске во многих странах. Или сильно идейные, которые не хотели даже сдаваться. А еще те, кто должен был сыграть основную роль. Например, было два брата-акробата. И нет, это не шутка. Они реально, блин, акробаты. В прошлом году сбежали с цирка, и при этом отравили там всех. А сейчас их задачей было проникнуть через узкие вытяжки в водоочистительные сооружения Иркутска. Где они должны были распылить свой яд, и вывести фильтрационную систему из строя. Получилось бы у них это? Конечно, нет… В таких местах охрана — это не старый дед с дубинкой и фонариком. Это все здания повышенной важности, и ее охраняют Одаренные.

Но вот за такие намерения они сядут… Надолго. А может и навсегда. Не уверен, что хочу в будущем выпускать таких людей. Хотя, по правде говоря, я не судья. С другой же стороны… Из моей тюрьмы за все время вышел только один человек, и того я выпустил лично. Мне, вообще, кажется, что на них всем пофиг.

В какой-то момент, сам не понял, в какой, в кабинет зашла одна из служанок-оборотней.

— Господин, — поклонилась она. — К вам гости.

— Твою же… — выругался я, застонав. — Двадцать личных дел осталось… Не успел.

Резко переместил свой взгляд на часы и понял, что Хельга прибыла на три часа раньше.

— Стоп… У меня же еще есть время. Как она могла прибыть раньше? — спросил напрямую у служанки.

— Вы говорите о госпоже Хельге? — спросила она. — Если да, то она еще не прибыла… Эти господа, кажется, ваши друзья.

Еще раз поклонилась и вышла за дверь. А вот тут я очень сильно заинтересовался. Кто это мог ко мне прибыть прямо под дверь, и почему я еще не знаю.

И как назло, Шнырька не отвечает. Но в то же время я ощущаю, где он и что делает. Мелкий только уселся на диван перед телевизором и открыл новую банку мороженки. А поскольку я дал ему сегодня выходной, то он и не хочет работать. Затупка, что ли, назначить новым разведчиком. Это был бы самый… хм… тупой, что ли, разведчик. Еще забудет, на кого работает.

Делать было нечего, и я пошел смотреть, кто там. Первая странность, которую я обнаружил, это… Я не обнаружил гостей в гостиной. Они что, остались стоять за дверью? Странно.

Но когда я открыл двери, то все понял. Вернее, не все, но самое главное.

— У нас жопа, да? — спросил я напрямую.

— Верно! — кивнул мне Хрулев.

— Еще какая, — серьезным голосом сказал Пушкин.

— Полная! — подтвердил мои опасения Доброхотов. — Кажется, Алексеева убили… Мы летим в Японию, и ты летишь с нами.

— Твою мать… Что ж за день сегодня такой?

Тайный дворец в Альпах

Неподалёку от курорта Куршевель

Энна сидела, обхватив голову руками, и не знала, что думать. И это было странно, ведь в ее голове было много мыслей. Она хотела мести… Великой и жестокой, да такой, чтобы не просто этот Охотник, но и все, кто участвовал в этом, умылись кровавыми слезами.