Книга Кодекс Охотника #21, страница 115 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Выпендрёжник, — засмеялся Волгодонов, но тоже без злобы, а скорее с восхищением.

— Ну, он может себе позволить, — покачал головой Долгоруков.

— Ставьте щиты на полную мощность, сейчас будет удар, — Саша был здесь, он контролировал ситуацию.

Кивок — и щиты поднялись. Идущая крепость развернулась в сторону новой угрозы, и из неё вылетели два ярких луча.

«Левиафан» тряхнуло, а оператор тревожно склонил голову.

— Остатки щитов — сорок три процента.

— Саша, ты слышал? — беспокойно спросил Долгоруков. — Ещё одного такого залпа мы не выдержим.

— А больше и не нужно. Полный вперёд, на таран! — засмеялся Галактионов.

«Левиафан» начал ускоряться. Все напряжённо смотрели на экраны. Вокруг воцарилась абсолютнейшая тишина. Только было слышно какое-то бормотание.

Князь недоуменно обернулся, и увидел Васю Сорокина, который скрестил пальцы, крепко зажмурился, иногда приоткрывая правый глаз и бросая взгляд на экран, бормоча под нос.

— Только не жахни, только не жахни, только не жахни…

Князь хотел сделать ему замечание, но потом решил, что точно не стоит. Ведь если не получится с «Левиафаном», он уже примерно понял, навскидку, какой мощности орудия были установлены на этом Исполине. А ведь на радарах самолёта также находились точки имперского флота, который был неподалёку. И эта ходячая крепость могла бы уничтожить всех находящихся там. А судя по словам Саши, там как раз могли быть все те, кого он перечислил.

Поэтому Долгоруков проигнорировал бормотание Кренделя и, на всякий случай, скрестил пальцы на правой руке. Немного подумал, и скрестил на левой. Он, конечно, не суеверный, но хуже от этого не будет.

«Левиафан» летел, а Исполин, судя по всему, перезаряжался. Но он не успел.

— А ВОТ ТЕПЕРЬ, ДАВАЙТЕ ЖАХНЕМ!!!

Князь не отличался пугливостью, но на этот вопль Кренделя за спиной он аж подпрыгнул. Также подпрыгнули и все остальные. Больше всего подпрыгнул оператор, но это не помешало ему стукнуть по красной кнопке.

Раздался оглушительный грохот, сумрачное утро превратилось в яркий день.

— Ура! Жахнуло!!! — закричал Вася, когда от побережья Арктики во все стороны понеслись несколько волн, не уступающих цунами, а в небо поднялся грибовидный силуэт дыма.

Оба изобретателя повернулись к Кренделю,и впились в него взглядом.

— Ты что, ядерку туда засунул⁈ — спросили Волгодонов.

— Вы что, какая ядерка? — запротестовал Крендель. — Родам запрещено иметь ядерное оружие. Это моё личное изобретение. Называется ОСЁЛ.

— И как оно переводится? — спросил Волгодонов.

— Очень Сильно Взрывчатая Бомба, — ответил Крендель. — Очевидно же.

— Хмм… — задумался Долгоруков. — Если это сокращение, то я не понимаю двух последних букв в абривеатуре.

— Ну-у-у… — смутилс Крендель. — Там был этот… как его… О! Синоним «взрывчатого» на букву «ё», а буква «л» вместо «б» — чтобы красиво звучало! «ОСЁЛ»? Красиво же звучит!

— Продашь чертежи? — тут же сориентировался Волгодонов.

— И мне тоже! — загорелись глаза у Долгорукова.

На это Крендель улыбнулся, поняв, что его никто сейчас наказывать не будет, а наоборот, он сейчас в фаворе.

— Ну, это с Александром договаривайтесь, — сказал он.

— Я так и знал, — вздохнул Волгодонов. — Чую, он из нас все соки выдавит.

У князя Долгорукова блынькнул телефон с СМС. Он взглянул на экран телефона, и задумчиво улыбнулся.