Книга Кодекс Охотника #23, страница 31 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Хоть я и бегу вперед, но слежу через Шнырьку, что они делают.

— Идиот… — дает услышать Шнырька мне чей-то шепот с явным удивлением.

А дальше я добегаю до твари, и в один удар… Умираю…

Она просто и без затей ударила меня своим хвостом и отправила мою тушку в стену со всего размаха. Правда… Наверное, лучше сказать, тушки. Ведь она разрезала меня практически на две половины.

— Силен! Нужно морозить! — даже не обратили внимания дети на мою смерть.

А я себе спокойно лежу под иллюзией, изображая труп, и наблюдаю теперь за тем, как они сражаются с моей призванной тварью. Она, само собой, никого не убьет, но калечить ей разрешил. К слову, мне понравилась их реакция, и идиотом меня назвали не просто так. Я специально это сделал, чтобы проверить, как они поступят. Никто не опустил свое оружие, как их и учили. В походах нельзя нарушать строй, будь ты хоть самым сильным. Всё должно быть четко и по команде.

Думаю, что они сейчас мысленно матерят меня последними словами. Ведь могут не сдать… Все же смерть — это плохо.

— Отвлекаем её внимание! — снова действуют правильно.

— Я попробую проломить ей пластину на голове, — выходит вперед крупный парень с большим молотом.

В принципе, он в своем праве, и доспех у него полный.

— Нет! — говорит ему командир этого похода. — Рисковать не будем, она может быть не одна. Там над потолком есть скрытые ниши, непонятно, сколько их может быть.

Я хотел похлопать ему, и сделал бы это, если бы не изображал труп. А еще мне хотелось покачать головой. Кажется, мы у детей украли детство. По другому не понимаю, как они могли достичь такой вершины на своем уровне подготовки.

В какой-то момент я даже перестал сдерживать тварь, и она заработала в полную силу. Но сделать им ничего не смогла. Они грамотно держали её на расстоянии. Кстати, они еще сразу заметили, что Сойка пропала. Это я попросил её через Шнырьку, и сейчас мелкий ей тоже транслировал эту битву.

Глядя на это все, девушка прослезилась. Она ими гордится, но конечно, об этом им не скажет. Не должно быть никаких сантиментов. Они убивают и питают слабость, которая есть в каждом человеке. Сначала ты должен стать кем-то, а уже потом можешь позволить себе чувства.

Когда моя сороконожная хрень сдохла, и группа стала осторожно подходить к ней, оглядывая ниши, то я вдруг встал, и это была ошибкой. Кира мгновенно выпустила в меня две стрелы, а затем закричала.

— Киньте в него светлым шаром! — блин, а вот это жестоко.

Этот шар был артефактом, и начинка там была из светлой магии, которую так сильно не любят зомби и прочая нечисть.

Впрочем… Сразу два шара прилетело в меня и взорвались, а я, такой красивый и молодой, стою и улыбаюсь.

— Блин… Личем он, что ли, стал? Давайте я молотом попробую его жахнуть? — снова вызвался парень, за что получил гневный взгляд командира.

— Нет! Отступаем, он нам не по зубам, — я поставлю барьер, он даст нам немного времени. Нужно найти учителя.

И снова правильно все сделали.

— Ну, и что ты сейчас скажешь? — заговорил я в пустоту.

— Скажу, что мне понравилось, — выпрыгнула из темной ниши Сойка. — Но можно было и лучше.

— Всегда есть куда стремиться, — снял я свою иллюзию, и теперь перед подростками стоял я сам, личной персоной. — Поздравляю! Вы сдали экзамен, и отныне вступаете во взрослую жизнь.