Книга Кодекс Охотника #23, страница 107 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Но парень молодец, быстро сориентировался, и тут же сказал:

— Да не, я не про то. Я про то, что необычное. Очень красивое имя. И тебе идёт.

Ха! Откуда в молодом юноше такое глубокое познание женской сущности? Сойка всё ещё продолжала хмуриться. Но, по крайней мере, я видел, что эти слова ей приятны.

— Да, я не сказал самого главного. Это Сойка Галактионова. А это Павел Галактионов. Прошу любить и жаловать.

— Вот как? — это они сказали одновременно, и в глазах у обоих сразу появился интерес.

— Так это она, что ли, второй Маугли?

— Паша… — застонал я, на этот раз не выдержав, и хлопнул себя по лбу.

— Это кто тут Маугли⁈ — тут же взъерепенилась Сойка.

Это была первая книжка в её жизни, которую она прочитала. Но это было и неудивительно. Подколки про ребёнка, выращенного животными, поначалу она слышала очень часто. Даже когда я просил так не делать. Но, в общем и целом, книга ей понравилась. Ей нравилось быть «нетакушкой», но вот это сравнение, блин. А с другой стороны, сам виноват. Нефиг было язык распускать.

— Да ладно, Сойка, чего ты? Тебя хоть в Эпицентре люди воспитывали, а этого молодого человека, вообще, картошка.

— Что картошка? — офигела Сойка, глядя на меня.

— Ну, его картошка воспитывала. Сын картошки. Картофельный сын. Potato man, — начал перечислять я, видя, как уже Паша краснеет, кажется, от злости. Что ж, в следующий раз подумает, прежде чем свой рот раскрывать.

— Да ладно… А такое бывает? Картошка же это… — тут её осенило. — Ага, точно! Я вот в Эпицентре яблоню разломную видела. Так дерево свои яблоки достаточно ловко метало. А по весу и структуре они ничем от чугуна не отличались. Потом эти яблоки бесчувственное тело к корням подносили, а яблоня их жрала.

— Да ну, нахер! — я как представил себе это. Мне бы сперва с картошкой справиться. Хотя, заметочку я поставил. Надо будет спросить у Сойки, где там чудо-яблоня растёт. — Так, короче, мы так до ночи с вами будем пререкаться, — хлопнул в ладоши. — Я к чему: Сойка, Паша теперь тоже Приручитель.

— И физик, — тут же сказал он.

— Да все мы немного физики, даже Сойка. Думаешь, зря у неё меч на поясе висит? Кстати, — меня осенило, — а ты каким оружием пользуешься?

— Ну, — протянул он снова смущённо, — граблями могу. Или лопатой.

— Ха… лопатой! — не выдержала Сойка и заржала.

Но я вспомнил картошку Дорничева, и не стал смеяться. Было бы интересно устроить спарринг на родовом мече Галактионовых и лопате. Но, пожалуй, я воздержусь. Сначала сам проверю его способности. Хотя, зачем сам?

— Погнали! — махнул им рукой, и мы пошли наверх.

Когда мы вышли из подвала, нас тут же встретила маленькая Василиса с огромной книгой. Девочка как раз проходила мимо.

— О, Сойка, привет! Пашка, привет! — она подбоченилась и широко улыбнулась. — Галактионовых прибыло!

И подмигнула мне, а я потрепал малышку по голове.

— Точнее не скажешь.

Мы пошли к беседке, которая в последнее время превратилась в рабочий кабинет моей супруги. Один, когда не тренировался, находился рядом с ней, как и Затупок, но этот здесь сидел с корыстной целью — он жрал яблоки. А Один, конечно, с более благородной целью. Аня во время работы любила поболтать и рассказывала крысюку историю мира и много всего интересного.

— Господин! — склонился он, увидев меня.