Книга Кодекс Охотника #26, страница 106 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— А вы не бойтесь, — сказал я. — Вам никаких странных снов не снилось?

— Ну, это смотря что считать странными, — улыбнулся Верховный Правитель.

Я улыбнулся в ответ.

— Но это был риторический вопрос. С вами пока что всё в порядке. А вы можете позвать слугу, который нас сюда приводил?

Верховный Правитель не стал задавать дурацких вопросов, для чего или зачем. Он просто его позвал.

— Вы что-то хотели, мой господин? — глубоко поклонился слуга.

— Да. Плесни-ка, дружочек, чая, — протянул я кружку.

Тот как-то странно скривился, но взял со стола передо мной чайник и попытался поухаживать за мной. Вот только через секунду он уже лежал мордой в пол. Я прижимал его коленом и бесцеремонно залез ему пальцами в рот. С хрустом один из зубов оказался у меня в руке.

Я бросил его на стол перед Верховным Правителем, который, к моему уважению, даже не дёрнулся.

— Что это? — бесстрастно уточнил он.

— А вы присмотритесь, — улыбнулся я.

Верховный Правитель присмотрелся. В эфирном плане зуб горл желто-коричневым светом.

— Это что-то вроде магической отравы, которой этот ваш бывший преданный слуга должен был убить себя и окружающих, в момент раскрытия своего инкогнито, ну или по заданию хозяина.

— Господин, я… — очнулся слуга.

— Заткнись! — сказал я и ткнул его в затылок, отчего он ударился лбом в пол и замолк.

— Объясните! — снова коротко сказал Верховный Правитель.

— Легко, — кивнул я. — Но позже. Там, — я кивнул на закрытые двери в зал, — как минимум, ещё трое таких же. Хорошо, что мы в «глушащей» комнате.

— Вы уверены?

— Уверен ли я? — засмеялся я, а пленник захотел что-то сказать, и мне пришлось снова стукнуть его об пол. — В тех троих, что я сказал — на сто процентов.

— Бабар, как это понимать? Ведь весь твой род обязан мне жизнью! — обратился Верховный Правитель к прижатому к полу пленнику.

— Господин, я… — снова начал тот, но я снова его заткнул.

— Прошу прощения, но это, и правда, не его вина. Я имею ввиду — предательства. Он виновен лишь в том, что у него не хватило силы воли сопротивляться воздействию Морфея. В его же защиту могу сказать, что мало кому это удается.

— Его можно… Вылечить? Его отец и дед служили мне верой и правдой.

— К сожалению, пока это невозможно. Но вы можете посадить его в камеру, и дождаться смерти… Морфея. Как я вижу, вы не удивлены, и слышали уже это имя?

— Да, Император-Дракон говорил о нем, как о новом, очень мощном, но загадочном союзнике. Это правда?

— Скажем так, полуправда, — кивнул я. — Я расскажу подробней, но мне сперва нужно нейтрализовать остальных. Этот их артефакт в зубе, и при его активации могут пострадать невинные люди в зале. Вы позволите мне решить вопрос?

Тут Верховный Правитель первый раз посмотрел на меня с сомнением.

— Как я могу вам верить?

— Никак, — развел я руками. — Вы можете не разрешить мне сделать то, что я должен. Я обещаю, что тут же покину ваше государство… — я не выдержал и улыбнулся. — И оставлю вас самим разгребать все это гавно… А еще вы не узнаете, с каким даром я к вам прилетел.

— То есть… — нахмурился Верховный Правитель. — То есть, смерть нежити, выдача предателей, и помощь в выявлении остальных — это еще не весь ваш дар?

— Ну… Это все я должен сделать для человечества, — улыбнулся я. — А дар — персонально для вас, господин. Что вы думаете о потенциальном бессмертии?