Книга Кодекс Охотника #29, страница 65 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

— Знаю, — кивнула она. — Человек, который хочет спасти этот мир, который именно ты поставил на грань катастрофы.

— Ну знаешь, что?.. — Хранитель начал медленно подниматься из-за стола, его тело окончательно поплыло, человеческие очертания смазались, превращаясь во что-то большое, эпичное, и несомненно страшное.

Вот только жена Хранителя оказалась не промах. Она сделала шаг вперёд и сказала:

— А ты знаешь, что я родилась в этом мире, и все твои жены родились здесь?

— Ты перерожденка. Это не считается, — буркнул Хранитель.

— Что? Не считается⁈ — жену понесло. — Более того… — она положила руку на сидящего и офигевавшего крепкого молодого человека, — … наш сын родился здесь, и все остальные твои дети тоже! Что станет с этим миром, если ты будешь бездействовать?

— У нас есть пространственное убежище, — превращение человека в Хранителя на секунду прекратилось. Его голос зазвучал как-то неуверенно: — Там есть достаточно запасов, чтобы переждать катастрофу, а потом выйти наружу и снова заселить этот мир.

— Что? Снова⁈ Убить всех людей, чтобы потом снова заселить⁈ Это такие обязанности у Хранителя⁈

Хранитель окончательно «собрался» снова в графа Дорничева, который выглядел немного смущённо.

— Ну, и это тоже обязанности Хранителя — хранить. Но если не получается сохранить, то восстановить. Такое тоже случается, — пожал он плечами, как ни в чём не бывало.

— Этого не случится в этом мире, пока я жив, — сказал я.

Хранитель посмотрел на меня, но уже как-то беззлобно.

— Долбаный фанатик, — пробурчал он.

— А ты — долбанное ссыкло, — не выдержал я.

— Что⁈ — Хранитель снова начал раздуваться.

И тут уже меня прорвало:

— Вернись, сволочь, и пофикси всё то, что ты разрушил! Немедленно!!!

— Вернись, помоги ему! — стояла рядом жена.

Но Хранителя уже понесло. Он раздувался, как здоровенный джин из сказок. Почему из сказок? Да потому что настоящие джины совсем другие. И они — детки по сравнению с Хранителем, который охраняет свой Мир. С ним достаточно просто справиться, если он выходит из охраняемого мира, который дает ему силы. Большинство Хранителей гибли, как раз удалившись от своего мира. Но здесь он, действительно, царь и бог.

Хранитель увеличивался в размерах. Беседка разрушилась. Дети отпрянули в сторону. Старший сын прикрыл собой мать.

Гигантская рука схватила меня и поднесла к нечеловеческому безносому лицу, у которого оставались только два бездонных чёрных глаза и трещина рта.

— Что ты сказал, червяк? Ты в моём мире! Я, что захочу, то и буду делать! И никто мне не указ!

К слову, он не пытался меня раздавить, просто держал. Скажем так, мне было слегка тревожно. Тем не менее, я держал хорошую мину при плохой игре.

Я только широко усмехнулся и сказал:

— Да, ты можешь делать в своём мире всё, что хочешь. Но теперь это и мой мир. Я тоже имею право делать в нём, что захочу. К примеру, взять в заложники твою картошку.

— Что⁈ — кажется, Хранителя заклинило.

— А ты, вон, посмотри туда, — кивнул я вдаль, где радостно махал нам рукой Пашка, стоя около двух больших шевелящихся ведер. Такие же ведра были расставлены по всем картофельным плантациям графа, а сидящий на плече у Пашки Шнырька радостно хихикал и держал палец на большой красной кнопке на дистанционном пульте управления.