Книга Кодекс Охотника # 46, страница 132 – Юрий Винокуров, Олег Сапфир

Скульптор разжал пальцы. На внутренней стороне его ладони остались борозды. Кость выправилась, стёрла следы, однако с тем, что происходило глубже, так легко не справиться. Война меняла его. Чем больше он в неё погружался, тем охотнее впитывал всё, от чего давно следовало избавиться. Он стал раздражаться на слуг, вспоминать о чужой неблагодарности, когда нужно считать оставшиеся силы. Иногда он вообще возвращался мыслями к давнему разговору и придумывал ответ, хотя собеседник уже давно ничего не мог услышать.

Человечность приживалась в нём, и Скульптор прекрасно понимал, чем это всё закончится, если ничего не делать. Для него она была ядом, причём этот яд успевал менять того, кто должен был от него избавляться. Нынешняя злость уже казалась заслуженной. На каждую лишнюю мысль у него находилось объяснение. Ещё немного, и он начнёт считать всё это необходимым, поэтому позже придётся вырезать глубже, отсечь то, что успело прирасти. Выдавить остатки, проверить себя заново. Занятие потребует некоторого времени, которого сейчас у него нет, поэтому ему оставалось терпеть и следить хотя бы за своими решениями. Дурацкая обида не должна менять его приказ, от которого зависит дальнейшая война.

След свернул к знакомой дороге. Скульптор замедлился, проверяя направление. Этот маршрут принадлежал ему. Для чужих он оставался тупиком, за которым можно было найти только пустые миры и напрасно потратить силы. Продолжение пути уходило к одной из резервных планет, туда он и направился.

Зелёный свет проступил ещё до выхода из перехода. Скульптор убрал перед собой последний слой, и под ногами появилась дорога. Поверхность отозвалась на его присутствие. От подошв побежали тонкие линии, передавая в глубину известие о возвращении хозяина. Под его ногами лежала спрессованная кость. Холмы по обеим сторонам складывались из плотно уложенных останков. Крупные служили основанием, промежутки заполняла мелочь. На изгибе одного склона торчали рёбра размером с крепостные стены, выше темнели черепа, вросшие в общий массив по самые глазницы. Свечение поднималось изнутри. Запертая в останках сила проступала сквозь кость и заливала равнину зеленью. Издали её можно было принять за долину, покрытую травой, но Скульптор различал каждый лежащий там скелет. Живых в этом мире быть не должно. Здесь даже почвы не осталось, только останки, уложенные в глубину на многие километры.

Планета служила резервом и держала один из важных маршрутов. Стоило отдать приказ, как холмы разойдутся, из глубины поднимутся новые ряды и многомиллионная армия двинется к проходам. Для этого здесь всё было готово. Накопленная сила сохранялась, связки подчинения ждали хозяина. Пройдёт первый ряд, под ним зашевелится следующий. Целый мир готового войска, которому не требовалось время на сборы.

Скульптор провёл проверку через ближайший пласт. Кости сразу охотно отозвались. Никакого повреждения, никто не пытался перехватить управление. Зелёная волна ушла дальше, обогнула возвышенность, и через неё он увидел портальный столб. Возле основания стоял человек. Скульптор задержал на нём внимание, затем проверил соседние слои. Спутников не обнаружил, дорогу, по которой чужак пришёл, тоже. След, приведший его сюда, заканчивался прямо возле столба.