Книга Плач феникса, страница 10 – Дмитрий Шебалин

Источники практически всех слуг, которых в зале насчитывалось не меньше двух десятков, заполыхали внутренним огнём, грозя уже через мгновение выпустить наружу всю их жизненную энергию в едином чудовищном взрыве.

Сам Блурвель успел дотянуться ещё до двоих. Третьего убил я, снеся голову «лезвием». Маги из гвардии дома Деневиль также принялись уничтожать потенциальную угрозу. Да и некоторые другие присутствующие на приёме одарённые не побоялись умертвить чужих слуг. Я даже видел, как один немолодой уже мужчина, с сединой и тростью, молниеносным движением достал свой меч и вонзил его прямо в сердце стоящему рядом лакею. А ещё как взорвалась голова бегущей и кричащей в ужасе девушки-официантки, пытающейся выбраться из зала. Далеко не на всей прислуге была печать, но времени на выяснение подробностей у аристократов не было.

Пятнадцать смертей уместилось в три секунды, а затем грянул взрыв. Шесть человеческих тел детонировали разом, отчего зал содрогнулся, а витражные окна поместья Деневиль с дребезгом осыпались во двор. Однако по-настоящему серьёзных разрушений не последовало. Каждый из эпицентров взрыва накрыло куполом энергии, превратив их в воплощение самого страшного кошмара. Разводы крови, измазавшие силовые поля изнутри, сделали их похожими на огромные бордово-красные шары.

В повисшей звенящей тишине кого-то стошнило. Император медленно опустил руку, и выставленная им защита схлынула, позволив ошмёткам плоти, осколкам костей и прочему кровавому месиву единовременно свалиться на пол. И тогда стошнило уже многих.

— Всех выживших слуг изолировать и подготовить для допроса! — скомандовал Блурвель. — Пострадавших разместить в одном месте у стены для оказания помощи. Выполнять!

Гвардейцы и маги беспрекословно последовали указаниям мастера, хотя, по моим данным, официально к семье Деневиль он отношения не имел.

— Господин Блурвель, времени у жертв «обета молчания» совсем немного, — охреневая от собственной смелости и согнувшись пополам, выдал Сивый. — Но среди подарков на свадьбу есть «очиститель». Если господин Рейнлиен позволит…

— Так чего ты стоишь⁈ Неси его быстрее!

Но Рейн сам уже бросился к груде подарков, которую слуги успели перенести в торжественный зал и сложили там в виде аккуратной пирамиды. Искусно украшенные ларцы и коробки полетели на пол, и я даже отчётливо услышал звон бьющегося стекла и фарфора, но молодой господин не обращал на это никакого внимания. Наконец, он выудил из этой горы нашу невзрачную деревянную шкатулку и кинулся к нам.

Успевших хлебнуть отравленного вина уже уложили рядом, и мастер Блурвель всё же приступил к их лечению. Не знаю, справился бы он, если бы не так кстати подаренная нами склянка с алхимией, но благодаря ей и советам Сивого дело явно шло неплохо.

Вместе с тем появились первые попытавшиеся покинуть зал, но двери по-прежнему оставались закрытыми, а гвардейцы никого через них не выпускали. Среди толпы благородных персон пробежал недовольный и местами испуганный шёпот. Но слово взял Император, к этому моменту единственный оставшийся на сцене. Он вновь обратился к начинающему бурлить обществу, и на этот раз каждое его слово громыхало клокочущей силой и едва сдерживаемой яростью. Его речь разлеталась по залу подобно вестнику грядущей войны, неизбежной и неотвратимой. И никто не посмел игнорировать его, прервать или усомниться в сказанном.