Книга Мертвое наследие, страница 77 – Дмитрий Шебалин

— Раз ты знаешь про Свиста, то тем более должен понимать, что искателя мы уже наняли. Тогда зачем продолжаешь следить?

— А разве кто-то запрещает вам нанять и меня? Вдруг вам встретятся записи, кто вам их тогда расшифрует?

— А ты, значит, сможешь их перевести? И откуда такие познания у юного начинающего искателя, который бывал в Мёртвом городе аж целых 4 раза?

— Ну я… В Мёртвом городе бывал всего один раз, три других я до него не дошёл… Но язык я действительно знаю, и получше многих! Мне он легко дался, уж не знаю почему. Я знавал… одного искателя, он меня иногда учил, а я быстро схватывал. А потом устроился работать в гильдию, сперва подсобным, а затем оценщиком. А всё потому что мог переводить. Именно мне отдавали для изучения тексты, записи и гравировки, так как лучше меня в гильдии никто с этим не справлялся. Честное слово!

— И чего тебе там не сиделось? Спокойная работа…

— Так жрать-то хочется! Платят там медяками, а ни о чём другом, кроме как о Мёртвом городе у меня знаний нет. Ну не корабли же мне идти разгружать?

Мы ещё раз оценили его субтильную внешность, невольно согласившись с таким доводом. Хорки незаметно кивнул на удерживаемого им парня, призывая меня уже решить, что с ним делать. Отпустить сразу или предварительно отвесить пинка под зад, чтобы больше в поле зрения не появлялся.

— И сколько ты просишь за свою помощь? — неожиданно для напарника и, кажется, даже для самого паренька спросил я.

— Я? А сколько взял Свист? Я согласен на втрое меньше.

— Я готов предложить один золотой. И то, если ты окажешься хоть сколько-то полезен. Расходы на твоё содержание на всё время пути, так и быть, мы возьмём на себя.

— А если я окажусь о-очень полезным?

— Если нам вдруг пригодятся твои умения переводчика, то плату за них мы обсудим отдельно.

— Идёт, — кивнул парень, постаравшись сделать при этом серьёзное лицо опытного профессионала. — Меня, кстати, Шеном зовут. Так где назначен сбор?

Меня так и подмывало ляпнуть первое пришедшее в голову место и время, чтобы избавиться от этого назойливого парнишки. Но сделав вдох-выдох, я всё-таки произнёс:

— Послезавтра, у восточных ворот, на рассвете.

Восточные ворота самого восточного города-полиса были наименее востребованными. Основной поток людей и повозок направлялся или на запад, к двум другим крупным городам на побережье, или на север, где располагался вынесенный за черту города порт. На востоке же Барьер, который тянулся через весь материк, упирался своим горным массивом прямо в узкий перешеек, соединяющий полуостров с основной частью суши, что делало это направление бесперспективным. Были, конечно, попытки отыскать среди гор сухопутный маршрут, который соединил бы город Новой надежды с Корпугаром и Золотым долом, и даже, говорят, вполне себе успешные. Но только не особо целесообразные. На то, чтобы провести там большой караван навьюченных животных, уходило несколько декад. В то время как корабль мог отвезти этот же груз до Вольных городов за 2 дня. По крайней мере так было раньше, когда гезирские галеры ещё не бороздили воды Торгового залива.

В общем, на рассвете назначенного дня площадь перед восточными воротами была исключительно в распоряжении искателей. И ещё нескольких тысяч зевак, которые не поленились встать в такую рань, чтобы поглазеть на организованные группы смельчаков. Какого хрена тут происходит⁈