Книга Мертвое наследие, страница 49 – Дмитрий Шебалин

Мёртвая собака нашлась возле своей будки, её шею проткнули чем-то острым, скорее всего копьём. В таком же состоянии пребывал и прозванный Космачом парень, который, видимо, вышел из дома, чтобы проверить шум. Его тело валялось возле крыльца, а остекленевшие глаза уставились в небо и уже не моргали.

В само́м хозяйском доме по-прежнему было темно, но уже отнюдь не тихо. Поднявшись по ступенькам крыльца, я сначала услышал женское мычание, а затем грохот переворачиваемой мебели и звон разбитых горшков. Не зная, с чем предстоит столкнуться, я аккуратно вошёл внутрь, отмечая для себя, где находятся сгустки живой силы, обозначающие людей. Их было вдвое больше, чем членов фермерской семьи, но, к сожалению, без визуального контакта определить, кто есть кто, было невозможно. А вот и первые голоса.

— Сиди, сука, смирно! К тебе у нас ещё будет разговор!

— Отпустите их, я всё скажу! — голос хозяина дома слышался совсем рядом, вроде из столовой. — Я же ни при чём! Да я…

Звонкая оплеуха оборвала его на полуслове.

— Заткнись, тебе сказано! Эту тащи к сестрёнке. Но меня дождитесь, а то я вам потроха наружу достану. Вы меня знаете.

Я едва успел укрыться в тёмном коридоре за поворотом, пропуская мимо себя вооружённого топором мужика. Второй рукой он за волосы тащил одну из дочерей главы семейства. Это её мычание сквозь забитый тряпкой рот я услышал, входя в дом.

— Да не голоси ты, хуже только будет! — с этими словами этот мудак пихнул ей в бок черенком топора, от чего она замычала ещё сильнее, но теперь уже не от страха, а от боли. — Ногами перебирай! Мне волочь тебя неохота.

Дождавшись, когда они скроются за дверью одной из спален, я продвинулся ещё немного вперёд, чтобы всё-таки дослушать разговор до конца. Тот, кто вёл допрос, скорее всего и был главным среди этих ублюдков. А вот кто они такие, и зачем пожаловали, было бы нелишним узнать.

— Сколько ещё людей на ферме, кроме тех, что в доме? — спросил хриплый и неприятный голос. Теперь сомнений не осталось, что доносится он из главного зала, где стоял большой обеденный стол.

— Трое, трое ещё, в бараке они спят. Но я их даже не знаю! Они просто предложили денег за постой. Я не с ними. Если вы чего не поделили, то нас пощадите. Дочек хоть отпустите!

— Ты что несёшь? Какой постой? Разве там не твои работники в бараке?

— Говорю же, там только трое пришлых. А разве вы не за ними?..

— Заткнись. Эй, Жиряй, возьми двоих, проверь барак. Только потише постарайтесь. И расспросите хотя бы одного. Вдруг чего ценного заныкали.

— Будет сделано, — отрапортовал кто-то явно со стороны заднего двора. Скорее всего, в комнате открыто окно.

Тем временем обладатель хриплого голоса снова переключился на своего пленника.

— Ну а ты сейчас расскажешь, что ценного в доме есть у тебя, и куда ты запрятал те деньги, которые тебе недавно отвалили за скупленный провиант. И советую сделать это побыстрее, пока моё терпение не подошло к концу. Видишь ли, я не хочу своих людей заставлять ждать, а вперёд меня они на твоих дочек не полезут. Уважают.

Мудак всё так же хрипло заржал, словно простывшая гиена, явно наслаждаясь моментом.

— Но как же… — попытался что-то ещё сказать перепуганный фермер, но дослушивать я уже не стал.

Вроде всё встало на место, а детали уже не так важны, их мы получим после.