Книга Мертвое наследие, страница 2 – Дмитрий Шебалин

Сначала искатель увидел свои дрожащие от волнения руки. Затем испещрённую круглыми отверстиями стену, в которую он врезался. И лишь после этого его глаза разглядели острые пики, наконечники которых прятались в этих углублениях. Они подрагивали, словно вот-вот выскочат наружу и проткнут насквозь неудачливого искателя. Но что-то в древнем механизме сломалось, о чём говорили повторяющиеся щелчки, с которыми спусковой крючок раз за разом пытался безуспешно разжать пружину.

«Чик-чик-чик». Каждый такой щелчок заставлял сердце Ребеша колотиться всё быстрее, грозя не хуже взведённой ловушки, лишить его жизни. Так ли важно, как ты умрёшь, пронзённый копьями или от сердечного приступа? Он попытался взять себя в руки и приглушить панику. Стараясь не делать резких движений, он медленно направил свет фонаря в сторону, чтобы понять, как далеко от него находится безопасная зона.

Определившись с направлением, он аккуратно туда пополз, прислушиваясь к характеру щелчков после каждого сделанного движения. Наконец, добравшись до края стены с отверстиями он позволил себе встать и выдохнуть с облегчением. Но, сделав несколько шагов, он вновь вздрогнул всем телом, так как царящая здесь тишина была нарушена громким скрежетом, с которым копья всё-таки выскочили из стены. Сглотнув густую слюну, он не стал оборачиваться, а вместо этого направил свет горящего фитиля прямо перед собой.

Медленно шаг за шагом он пробирался вглубь зиккурата по одному единственному коридору, пока не добрёл до небольшого квадратного зала, заполненного стеллажами. Дерево, из которого они были сделаны, местами рассохлось и треснуло, из-за чего половина из них упали и валялись на полу. Ни на них, ни на тех, что ещё продолжали стоять, не было ровным счётом ничего.

Ребеш, не забывая про осторожность, проверил всё помещение, заглядывая на каждую полку, проверяя каждый кусочек пола. Ничего. Здесь абсолютно ничего нет. Как не было и другого прохода, ведущего куда-то ещё. Весь путь полный опасностей оказался бесполезным!

Скорее всего, здесь была одна из тайных библиотек или же другое хранилище знаний. А любые книги и свитки, сохранившиеся с тех времён, по стоимости превзошли бы любые безделушки, найденные им за все его походы в мёртвый город. Но здесь ничего нет! Кто-то вынес всё ещё до гибели города или же сразу после.

Устало опустившись на пол, Ребеш горько рассмеялся своему невезению. А затем выпустил накопленное напряжение, криком сотрясая глухие к человеческим чувствам стены. Лишь гулкое и долгое эхо стало ему ответом, да короткий отблеск задрожавшего пламени, отразившийся на крупицах золотой краски на дальней стене.

Краски? Ребеш встал и подошёл туда, где ему под слоем пыли привиделся всполох, но ничего не увидел. Тогда он легонько дунул на едва горящий фитиль и в колыхании его пламени снова смог заметить мерцание, но уже в другом месте. Тогда он решился на то, чего боялся больше всего, когда спускался в погребённый город — остаться в темноте, и погасил пламя.

Какого же было его удивление, когда на стене начало проступать изображение. Оно будто было нарисовано светящейся краской, невидимой глазу даже при малейшем освещении. Но теперь в абсолютной темноте постепенно проявлялось, и, стоя прямо перед стеной, Ребеш уже мог разобрать, что именно здесь было изображено. Триединый бог, что ниспослал людям надежду, явив им три свои ипостаси. Изломанные лучи света, исходившие от него, как раз и были изображены крупицами золотой краски, привлёкшей внимание искателя. Под картиной едва различимой строкой тянулась надпись: «Пройди путём ночного света, чтобы прикоснуться к правде».