Книга Пепел и кровь, страница 73 – Дмитрий Шебалин

А ещё через пару минут нашлись те, кому не понравилось такое поведение новых посетителей, пусть и здоровых, но всё же пьяных вдрабадан. С полдесятка мужиков решили проучить моих парней, да заодно пошарить по их карманам. Они же не знали, что у тех найдутся союзники. Пруст и Шуст изначально делавшие вид, что лишь пытаются разнять драку в итоге стали её активными участниками, ну а мы с Дунвестом лишь дожидались удобного момента, чтобы незаметно ретироваться.

В итоге, когда трактирщик начал свистеть в какой-то свисток, и орать что уже позвал стражу, обе враждующие стороны решили свалить от греха подальше, дабы не встретить эту ночь в холодной камере. Платить за учинённый разгром естественно никто не стал, от чего шуму и гама было ещё больше, а заведение участники драки покидали достаточно быстро. К ним присоединились и мы, предварительно убедившись, что капюшоны плотно накинуты на головы.

Боюсь тех серебрушек, что я отдал трактирщику ранее, не хватит для покрытия ущерба. Ну и хрен с ним, не разорится точно, с такой дрянной едой-то.

Тут от одного из верзил прозвучало предложение выпить, дабы отметить хорошую драку, которое с моего немого согласия поддержал Колтун. Так мы дружной ватагой отправились до ближайшего трактира, где в отличие от «Железной девы» народ больше пил, чем ел. Даже в обед.

Время нас поджимало, поэтому выждав для убедительности около часа мы ретировались, проставившись напоследок ещё по кружке нашим новым «друзьям», чтобы у них было поменьше желания последовать за нами. Сами же встретились с Хорки, который заверил нас, что хвоста нет, а Сивый и Зеф уже давно на позиции и ждут. Всё было готово ко второй части нашего марлезонского балета.

* * *

Маг третьего ранга и ненаследный дворянин Единой империи, господин Ровендель разместился в самом дорогом и престижном гостевом доме столицы. Барельефы на аккуратной каменной кладке, черепичная покатая крыша с вычурным флюгером в виде петуха, ажурная кованная ограда, опоясывающая не только само здание, но и небольшой внутренний сад, и вид из окна на местную речушку, зажатую между мощёными гранитом берегами. Через неё был перекинут обманчиво лёгкий, словно невесомый мост с такими же искусно сделанными приозёрными мастерами периллами.

Внутренний город вообще пестрил всевозможными произведениями искусства, воплощёнными в металле, ведь столица Приозерья по праву считалась мировым центром всего, что было связано с железом и товарами, сделанными из него.

Но не это привлекало Ровенделя в Железном городе. Как и не его древняя и богатая история, сохранившая свой дух на узких улочках, испещривших его вдоль и поперёк без всякого порядка. Нет, но здесь он чувствовал себя важной птицей, человеком, наделённым властью и свободой, тем, кто может смотреть на других людей сверху вниз, пусть и не на всех.

В том же Триеме его никогда не покидало ощущение собственной неполноценности, будто он был человеком второго сорта. Даже его благородный статус не защищал его от косых взглядов и снисходительных улыбок со стороны имперской знати, и даже их слуг. Да и в Грозовом княжестве власть имущие воспринимали его, как чужака, к которым там относились подозрительно и без особого пиетета.

Здесь же он был на своём месте. Уже не подданый местного короля, но имеющий неприкосновенность в связи с наличием имперского титула. А ещё, он был нужен местной верхушке. Очень нужен, ведь он мог достать то, что те охотно покупали у него в любом количестве и всегда давали хорошую цену. А больше золота Ровендель любил лишь тратить его, чтобы тешить себя простыми удовольствиями. Едой, вином и красивыми юношами, которые желательно не скопытятся после первой же встречи. Ведь что может быть приятней, чем страх в глазах отчаявшегося бедолаги, когда он понимает, что сейчас с ним всё повторится вновь?