Книга Своя правда, страница 46 – Дмитрий Шебалин

«Сладкий голос» — запутанная схема перетоков энергии разной интенсивности, задействующая центры силы как самого мага, так и объекта воздействия. В такой разобраться без знающего практика будет ой как непросто. Четыре апострофа были тому подтверждением.

Оставался только «Первобытный страх» — прямолинейное воздействие на психику оппонента. Вполне понятные мне эффект и область применения. 2 штриха давали надежду на возможность освоить технику самостоятельно. Правда рядом были пометки по трансформации «Страха» в «Ужас» с коллективным воздействием, где количество апострофов вырастало аж до 6, а ранг заклинания повышался со 2-го до 3-го. Но это, как говориться, по ходу пьесы, а пока попробуем самый простой вариант. Осталось найти добровольца для испытаний…

— Колтун! Есть разговор!

* * *

В храме Триединого спать отправлялись рано, сразу после ужина и вечерней молитвы. Обездушенным тоже необходим был сон, хоть и сами они этого не понимали. Но стоило им сказать, чтобы те шли спать, и они шли и укладывались там, где укажут. В целом, несмотря на несамостоятельность, при должном подходе они вполне сносно могли выполнять указания и вести мирскую жизнь. Их мозг функционировал, был способен к простому анализу в решении бытовых задач, запоминал установки и распорядок. Вот только не было в них больше воли, стремления к жизни, способности испытывать эмоции в настоящем, рефлексировать по поводу прошлого и надеется на что-то в будущем. Все то, что делает человека человеком каким-то ужасным способом было вынуто из них, оставив лишь обездушенные оболочки.

Настоятель храма отвел для неожиданно свалившихся на него работников небольшую комнатку, где им постелили прямо на полу. Несколько часов он потратил на то, чтобы вбить в их головы распорядок дня и правила, по которым им отныне предстоит жить при храме. А затем приставил к ним одного из молодых служителей, дабы тот направлял их и следил за тем, чтобы от них была польза. Надо было видеть, как пыжился этот юный послушник от полученной вдруг власти, давая указания по уборке территории и чистке ночных горшков. Еще бы, ведь еще вчера всем этим занимался он сам. Надо бы провести с ним разговор, не дело это получать удовольствие от власти над несчастными. И хоть самим обездушенным уже все равно, но вот для их новоиспеченного наставника такой поворот может стать тяжелым испытанием как человеческих качеств, так и веры.

С этими мыслями настоятель еще раз осмотрел каморку, где расположились его новые подопечные, и прикрыв дверь, направился к себе. Как только его шаги стихли окончательно, глаза одного из спящих открылись. Человек, стараясь не шуметь, встал в полный рост и направился прочь из обители ненавистного бога. За прошедший день он хорошо запомнил расположение коридоров и редких постов храмовых воинов. А в его осторожно крадущейся походке больше ничего не напоминало безвольного обездушенного.

Напротив, у него была четкая цель и стремление ее достичь любыми средствами. Кинжал украден, младший слуга Отрекшегося мертв, а цель по доставке груза не выполнена. И все это из-за отряда наемников, возглавляемого неким Мазаем. Старшие слуги должны узнать об этом как можно быстрее, и тогда, возможно, он будет прощен и не превратится в такой же овощ, как те бедолаги, что остались лежать на холодном полу. Тем более, что за то время, пока он притворялся ходячим куском мяса, он услышал достаточно, чтобы найти и купца, и его наемников. А значит, он был полезен.