Книга Своя правда, страница 25 – Дмитрий Шебалин

Вдруг Шуст поднял руку, привлекая внимание, и сделал знак «помолчать».

— Брат уже здесь, — сказал он, словно вслушиваясь в пустоту ночи. — И готовит отвлекающий маневр.

— А как ты…

— У нас с ним есть… сигналы… и сейчас он сообщил «быть готовыми».

— Ну, значит, надо быть, — принял я информацию как данность. — Далее действуем по обстоятельствам. Если разделимся, то точка сбора — небольшая роща справа от поворота на Житницу.

Не прошло и 5 минут, как в предрассветной тишине раздались первые крики и шум. Выбравшись наружу, мы увидели, что расположившееся по соседству здание конюшни полыхает, периодически испуская клубы черного дыма.

— Пожар! — для острастки закричал Шуст, и его тут же подхватил я и команда. — Пожар! Тащите воду! Конюшня горит! Телегу, телегу спасайте!

Не обращая внимания на окрики стражи, мы бросились к горящей конюшне, чтобы отогнать наших лошадей вместе с обозом. Благо он располагался не внутри горящего здания, а рядом. К зданию уже бежали стражники и домовые слуги, они отвязывали лошадей, которые, почувствовав дым, истошно ржали в своих стойлах. Кто-то тащил воду, кто-то будил домочадцев, кто-то просто бегал в панике. Поместье владетеля Гариго теперь напоминало разворошенный муравейник.

Люди начали выходить из дома, с опаской поглядывая на разгорающееся пламя. Вряд ли огонь мог перекинуться на жилой дом, расстояние было достаточным, а вот казарма была рядом. В общем на какое-то время дружина забыла про то, что помимо прочего этой ночью на них была возложена обязанность по нашей охране (или надсмотру). Мы же, поначалу влившись в общий котел единомышленников, пытающихся загасить пламя, пока оно не завладело строением окончательно, впоследствии постарались затеряться в общей суматохе. Увидев Квилькома, который одним из первых вышел на улицу и первым делом бросился проверять сохранность своего товара, я подхватил его за руку, утягивая за собой.

— Уходим!

— Но…

— Уходим, если жизнь дорога!

Благо он больше не сопротивлялся и позволил утащить себя до самого забора в противоположной части поместья. По пути мы обнаружили сначала одного, а затем и второго воина владетеля, оба валялись без сознания (я надеюсь, что только без сознания). Видимо, пытались остановить моих людей. А возле самого частокола, высота которого превышала 2 метра, Горунар и Колтун к нашему приходу уже соорудили что-то вроде живой лестницы, по которой первым преграду преодолел Шуст. Услышав, как он отрапортовал «чисто», следом за ним мы отправили купца. У него тряслись от страха ноги, когда он наступал на спины и плечи своих наемников, но все же с задачей справился и, свесившись с обратной стороны, шмякнулся на землю, даже ничего себе не сломав. Как и его вечно молчаливый и неприметный помощник, последовавший сразу за ним. Ловкий Хорки быстро перемахнул через стену, лишь раз оттолкнувшись от спины рыжего товарища. Горунара мы подсаживали с Колтуном вдвоем, и это было совсем непросто, а звук его падения был куда громче чем у предыдущих. Главное, чтобы ничего не сломал, ни себе, ни тем, кто помогал ему приземлиться на той стороне, а то от погони нам не уйти.

Когда по эту сторону забора остались только я и Колтун, он как-то грустно посмотрел сначала на забор, потом на меня. Но все же подставил руки в замке, предоставляя мне возможность покинуть поместье.