Книга Своя правда, страница 117 – Дмитрий Шебалин

Плотный шарик сжатой силы, рассекая воздух, стремительно пронесся через отделяющее нас друг от друга пространство и врезался в грудь мага, который, слава всем богам, еще не успел восстановить свой щит. Последующий хлопок напомнил звук взрывающейся петарды, которая эхом разнеслась по всему складу. Да уж, «град» — это точно не оружие бесшумных убийц. Ну и хер с ним, подумал я, зато эффективное.

Мага опрокинуло на спину, и он больше не подавал признаков жизни. Кристалл выпал из его руки и с отчетливым звуком заскакал по деревянному полу, лишь в сантиметре остановившись от большущей щели между досок. Все это я уже смотрел угасающим взором, забытье вот-вот готово было накрыть меня с головой и погрузить в блаженное неведенье.

— «Тебе нельзя терять контроль! Возьми кристалл, забери его энергию!», — голос пытался достучаться до моего сознания, которое я удерживал лишь силой воли.

Черт! Всего-то и надо, добраться до кристалла. Просто сделать несколько шагов! Но встать по-прежнему я не мог. Тогда я начал ползти, измазывая кровью грязный дощатый пол, рискуя получить заражение крови. Но тогда меня это не волновало. Я даже боль уже перестал чувствовать. В голове осталась лишь одна мысль — добраться до этого синего камушка. Правда, я позабыл зачем именно, но это не мешало мне ползти дальше. Медленно, очень медленно. Казалось, что свой путь я начал давным-давно. Все прочее вокруг уже потеряло свой цвет и даже очертания, я видел только этот непонятный переливающийся осколок перед собой.

И вот когда, я его наконец коснулся, кто-то в моей голове сказал:

— «Испей его, словно пьешь воду, изнывая от жажды».

И я втянул в себя его прохладную энергию. Источник начал наполняться силой, постепенно, капля за каплей. В голове начало проясняться, а мышечное онемение покидать мое тело. А вместе с этим вернулась и боль. Как же было больно! Я застонал, не в силах сдержаться. Казалось, что все тело было сплошным очагом боли. Но если подумать, то так оно и было. Грудь и живот были изрезаны ритуальным ножом, кожа на плече слезла и обнажила мясо и кость, спина превратилась в сплошную ссадину, из которой торчали занозы, на бедре красовался серьезный порез, а из носа шла кровь из полопавшихся от перенапряжения сосудов.

Радовало то, что сраный колдун выглядел еще хуже. Теперь прояснившимся сознанием я наконец в полной мере смог разглядеть результат своих усилий. Грудь была раскурочена, и из нее словно кривые клыки в окровавленной пасти торчали изломанные ребра. А сердце продолжало стучать, медленно, но все же. Кто же, мать твою, ты такой?

Взяв валявшийся рядом тесак, я ткнул им в этот продолжающий сокращаться комок плоти. Струя крови прыснула мне на штанину, измазав и без того грязную одежду. С проклятым колдуном было покончено.

Я подошел к своим товарищам и убедился, что все они дышат. Попробовал привести их в чувства, но тщетно. Сколько не стучал им по рожам, в себя они не приходили. Но еще по первому опыту я помнил, что рано или поздно они очнуться, нужно только время.

— «Что с м о роками, почему они не двигаются?», — спросил я, надеясь, что не исчерпал еще лимит советов.

— «Этот вопрос я оставлю без ответа. Куда важнее то, что это ненадолго. Время снова на исходе».

— «Оставь свои туманные речи. У меня нет не только времени, но и сил. Если хочешь что-то сказать, то говори».