Книга Кровь и Ярость, страница 35 – Алекс Шу

«Вот суки», — выругался он про себя, продолжая править Черныша к выходу.

Около ворот его постарались задержать несколько местных ополченцев с копьями, парень напрягся, создал на ладони файербол и с силой метнул в разбежавшихся стражей. Огненный шар со злобным шипением влетел в деревянный засов и моментально прожег в воротах солидную дыру.

«А Имрион говорил, что он будет слабым, даже убить никого не получится», — ошеломленно подумал парень.

Черныш галопом подлетел к воротам, чуть притормозив, ударил здоровенным копытам по сразу разлетевшимся в разные стороны створкам и выскочил наружу

Ещё один камень догнал Стэнана выходе, содрав кожу на макушке. Парень пришпорил коня, ощущая, как на лоб стекает липкая капля крови.

Черныш летел по ночной дороге, стелившейся под его копытами нескончаемой темной лентой. Стэн с бешено колотящимся сердцем, прижался к развевающейся гриве, после пережитого его потряхивало, руки державшие уздечку дрожали. Умный конь чувствовал состояние хозяина и всеми силами, пытался унести его от этого нехорошего места, где так злобно кричат, кидаются палками и камнями.

Через минут сорок Стэн уже немного успокоившийся, заметил пруд и остановился. выкинул рубашку со следами крови, умылся, привел себя в порядок. Протер чистой тряпочкой поцарапанную макушку. Царапина оказалась мелкой и больше не кровоточила. Парень облачился в сменную рубашку. благо, перед отъездом ему дали достаточно вещей покойного сына Имриона, и продолжил путь.

«Вот же гребаное средневековье», — мысленно ругался Стэн, зажигая на руке файербол, чтобы видеть дорогу. — «Ни пройти спокойно, ни поесть по человечески, ни переночевать. Разбойники, хозяева-душегубы, каждый готов тебя зарезать и расчленить на кусочки за горстку золотых монет. Как же я всё это ненавижу! Отдал бы что угодно, чтобы вместе с Катькой вернуться в свой родной мир и опять сидеть за компьютером. А может это я, как магнитом притягиваю к себе неприятности? Только попал в эту Альмерию, так наполучал пинков от нищих, затем плюх от грузчиков. Начал немного обживаться, с ворами схлестнулся, потом с ламией пришлось биться. Вот же жизнь, сплошной экшен, в духе Джеймса, мать его, Бонда. Если и дальше так будет продолжаться, я тут надолго не задержусь, провалюсь в преисподнюю, с ножом в сердце или башкой разбитой чьей-то дубиной»…

Черныш, всхрапывая, продолжал нести хозяина сквозь ночную тьму, озаряемую тусклым огоньком в ладони. Спустя час бешеной скачки, парень притормозил коня, переходя с галопа на легкую рысь. Еще через час, когда небо на Востоке немного посветлело, Стэн перевел коня на шаг.

За очередным поворотом, на дереве обнаружилась табличка, возвещавшая о том, что дальше следуют владения барона Стуа. А ещё через пару километров у лесной опушки показалось двухэтажное здание постоялого двора с табличкой «Одинокий странник».

— Слава богу, наконец высплюсь, — выдохнул парень, направляя Черныша к входу, возле которого, мирно стояли лошади привязанные к перекладине-коновязи.

Из трактира выскочил веснушчатый паренек лет пятнадцати.

Скользнул взглядом по жилету Сэма, мечу у пояса и жизнерадостно поздоровался:

— Доброе утро, господин. Вы поесть в трактире на первом этаже желаете или переночевать хотите?

— Сперва поесть, — Стэн втянул ноздрями идущий из открытой двери аромат жареного мяса и почувствовал, как рот наполнился слюной. — Потом отдохнуть хочу, выспаться. До завтрашнего утра, пожалуй, тут останусь. Позавтракаю тут и дальше двинусь.