Книга Соннасарнова. Элит, страница 37 – Эл Моргот

Тейн оторвал взгляд от мальчишки, стоящего рядом, и вдруг осознал, что картина изменилась. Он находился в доме, отец и один из сыновей сидели за столом, а другой сын в слезах вбежал в комнату. На щеке его красовалась большая ссадина, вся одежда была в земле, а по правой руке стекала тонкая струйка крови.

— Фира! Это что еще такое? — возмутился отец.

— Они! Они дразнили меня, что я не настоящий! Что я просто клон Киры! — в слезах воскликнул мальчик.

Отец вздохнул и строго посмотрел на него.

— Иди умойся! — произнес он. — Хватит сопли распускать. Если не можешь дать сдачи, даже не пытайся. Сноси оскорбления и живи дальше. Иди, твой вид портит аппетит. И прибери тут за собой, ты пол испачкал.

Мальчишка всхлипнул и выбежал из комнаты.

Тейн последовал за ним, проходя по коридору. Но когда он открывал дверь, за которую забежал Фира, то почувствовал, что воспоминание вновь сменилось. Была ночь. Двое братьев сидели рядом на полу, Кира держал пострадавшую руку брата и старательно, даже чуть высунув язык от усердия, накладывал на ранку мазь, данную ему отцом. Фира наклонил голову, положил ее на прижатое к животу колено, и внимательно следил за его действиями. В его глазах затаилась печаль.

Еще одна сцена. На этот раз ребенок выглядел постарше на несколько лет. Он стоял перед отцом.

— Почему Кира нравится тебе больше, чем я? — казалось, этот вопрос дался ему с великим трудом. — Ведь мы одинаковые.

— Дело не в любви, — отец внимательно посмотрел на него. — Но Кира — нужен. А ты — просто случайность. Тебе нет применения в этом мире. Единственное, что хоть как-то может оправдать твое существование, — живи, защищая Киру. Возможно, в этом твоя судьба. Но даже это не изменит того, что ты ошибка. Если бы не ты, твоя мать могла бы выжить, она могла бы сейчас быть с нами. Быть со мной и с Кирой. Мы могли бы быть семьей.

Фира выслушал это, изменившись в лице.

— Ты… — произнес он дрожащим голосом. — Как ты смеешь говорить мне это? Из-за меня?! Из-за меня?! Как ты смеешь говорить, что она умерла из-за меня?! Ты просто спившийся идиот, и не было бы никогда у тебя семьи! Только из-за тебя!! Это не моя вина!

Он еще что-то кричал, но сцена постепенно отдалялась. Тейн находился посреди белесой пустоты, а перед ним, внезапно, возникли, будто туман отхлынул, огромные багряные врата. Повелитель теней подошел ближе, потянулся к створке. Но не было ни ручек, ни засовов. Двери были запечатаны, а сами врата — будто алая кровь циркулирует за тонким стеклом — живые, изменчивые, но нерушимые. Тейн почувствовал, что нет никакой возможности проникнуть за них. И больше он ничего не увидит.

— Насмотрелся? — услышал он злой голос Кэйна позади себя. — Ты совсем забыл о том, зачем мы это делаем?

— Я бы предпочел увидеть продолжение… — задумчиво протянул Тейн, — но раз ты настаиваешь…

Он взял Фиру за руку и, предупредив, чтобы тот ни на миг не отпускал его, шагнул во мрак.

— Постараемся найти твоего брата прежде, чем время закончится.

Тьма, окутавшая их, снова сменилась калейдоскопом слишком быстро мелькавших картинок. Тейн уверенно продвигался вперед, увлекая Фиру за собой. Через какое-то время он различил впереди мерцающий огонек, который, в отличие от водоворота красок, был неизменным, как маяк на пустынном берегу бурлящего моря. Постепенно розоватый огонек маячка становился все отчетливее, все ярче, все ближе, пока Тейн не различил клепсидру, точно такую же, как оставшаяся в палате, только гораздо больших размеров.