Онлайн книга «Злодейский путь!.. [том 10]»
|
— С-с-с-старейшина… Рэн вздрогнул и точно бы пустился наутек, если б ноги не приросли к полу. Наконец, талисман оказался под его пальцами. Рэн напрягся, готовый в любой момент развернуться и прилепить его на злого духа, если тот попытается приблизиться. Приглушенный голос раздался вновь: — С-старейшина… м… твою… …иди… Рэн судорожно втянул в себя воздух и закашлялся, чуть не подавившись слюной. Откашлявшись, он осознал, что и шаги, и голос приблизились. — Ста… — начал голос, но Рэн, осознавший, что медлить более недопустимо, резко обернулся и с разворота прилепил талисман к первому, что попалось под ладонь. Быстро и судорожно дыша, он наблюдал последствия своих действий. Талисман, прилепленный на лоб старейшине Леву, чуть колыхался от его дыхания. Лев резко подул вверх, пытаясь сдуть талисман, так как руки его были заняты корзиной, полностью набитой кувшинами, которую он прижимал к груди. Один из кувшинов упирался ему в подбородок, поэтому говорил он невнятно, но смысл Рэн уловил. — Прошу извинить, — выслушав поток ругательств, произнес Рэн, аккуратно убирая талисман со лба старейшины пика Синих звезд. — Я принял вас за другого. — Стесняюсь спросить, с кем вы обычно ведете такие игры! — все еще негодовал Лев. — И хватит загораживать мне путь! Третий раз (и последний!) прошу вас: или помогите, или хотя бы уйдите с дороги! Сконфуженный Рэн сперва отошел в сторону, потом, сообразив, забрал у старейшины Лева несколько верхних кувшинов, и снова отошел в сторону. Лев, наконец, поднялся в холл и направился в сторону выхода. Рэн, уже полностью пришедший в себя и старавшийся сгладить конфуз, светским тоном отметил: — Вы так свободно прогуливаетесь по черному замку… Даже спустились в подвалы… — Боги упасите! — не оборачиваясь, отозвался Лев. — Я лишь прошмыгнул в свой погреб. В подвалы я ни за что не сунусь! — Отчего же? — продолжая поддерживать светскую беседу, не подумав ляпнул Рэн. Лев смерил его скептическим взглядом, а затем заявил: — Слышал, там обитает дух неистовой девятихвостой лисицы. Ставьте здесь, — он поставил корзину у выхода и указал на пол рядом. — Нет, зеленый оставьте. Вот эти два. С трудом определив, который из кувшинов в понимании старейшины Лева считается зеленым (тот, что повязан зеленой ленточкой), Рэн продолжил говорить: — Дух лисицы? Призрак убиенного Шеном животного? Лев крякнул, что, в понимании Рэна, было знаком согласия. — Боги праведные! — ужаснулся старейшина пика Росного ладана. — Вы сами его видели? Лев очень внимательно вгляделся в глаза Рэна, прикидывая, не накурился ли тот. Ранее они вдвоем редко разговаривали на отвлеченные темы, и Лев и понятия не имел, что у старейшины пика Росного ладана напрочь отсутствует чувство юмора. Многие странности в поведении бедняги теперь стали Леву понятны. — Нет, но слухи ходят, — понизив голос до свистящего шепота, начал старейшина пика Синих звезд, — что когда-то эта лисица жила в лесу у подножия пика Таящегося ветра и горя не знала, покуда однажды не встретила старейшину Шена. Тот, заметив зверька, бросил ей куриную ножку, и с тех пор лисица без памяти в него влюбилась. Она совершенствовалась сто лет и научилась принимать обличье человека, пришла на пик Черного лотоса и призналась Шену в своих чувствах. К несчастью, Шен в то время был верен обету безбрачия, который дал в далекой юности лягушке, встреченной им на охоте, пообещав жениться либо на ней, либо ни на ком. Поэтому, естественно, ему пришлось отвергнуть чувства лисицы, а несчастная сбросилась с самой высокой башни черного замка, пробила крышу и упала прямо в подвал, где, собственно, и издохла. Теперь по ночам из подвала слышится девичий плачь и проклятья, посылаемые лягушке. Вот такая, собственно, история. |