Книга Злодейский путь!.. [том 10], страница 115 – Эл Моргот

— Он не мертв. — И вышел наружу.

Ер остался в одиночестве. Уставившись на полотняный полог, он чувствовал острую боль в груди и полное смятение в мыслях.

Никто не знал точно, что произошло. Демнамелас скрылся, а Шен свихнулся. Казалось бы, за этим должно было последовать нечто масштабное, однако все постепенно стихло. Контрольное бюро разобралось с последствиями произошедшего в Кушоне и выискивало живых мертвецов в окрестностях. Собрание заклинателей больше не поднимало вопрос о старейшине Шене. Тело старейшины пика Славы так и не нашли, но через неделю его все же решено было признать погибшим.

Когда, почти неделю спустя вернувшись в орден, Ал впервые увидел его, то решил, что он мертв. Шен лежал между корней наполовину высохшего дерева и выглядел столь бледным и бездыханным, что у Ала не осталось сомнений, что он тоже мертв. Закричав или, скорее, отчаянно завыв, Ал бросился к нему и, упав перед ним на колени, потянул к отрешенному лицу дрожащие руки. Он притянул его к себе и плакал навзрыд, все сильнее сжимая его тело, пока Шен протестующе не произнес:

— Ал, пожалуйста…

Парень застыл, словно с ним заговорило привидение.

— …не знаю, кто тебя обидел, но не втягивай меня.

Ал шмыгнул носом и, наконец, разжал пальцы и отпустил его плечи.

— Я боялся, что ты умер! Ведь… такие раны… — Ал скосил взгляд на его грудь.

Бинты стали коричневыми от засохшей крови. Еще раз окинув взглядом его с ног до головы, Ал словил себя на мысли, что кажется, только сила духовного ядра еще поддерживает жизнь в этом теле. От таких мыслей на его глаза вновь навернулись слезы.

Здесь было холодно.

— Пойдем домой? — предложил Ал.

— Домой? — недоуменно переспросил Шен и покосился вокруг. — Я уже дома.

— Пойдем внутрь, — поправился Ал.

— Ты иди. И не отвлекайся на меня. Занимайся своими делами. Если кто-то обо мне спросит, скажи, что я ушел в длительную медитацию и меня нельзя тревожить.

Ал с сомнением посмотрел на него.

— А мне… а мне можно тебя тревожить?

Шен покачал головой.

— Не вынуждай меня покидать это место. Мне… — он запнулся, — мне когда-то тут нравилось…

Волчара вернулась к Риту, а дух серого лиса вместе с Алом остался на пике Черного лотоса, по-хозяйски оглядываясь вокруг. Он издалека посмотрел на Шена, но не решился к нему приблизиться, а вместо этого скользнул в приоткрытые двери черного замка.

Черная девятихвостая лисица тут же оказалась в холле, издалека заметив приближение постороннего. Все эти дни она с тревогой поглядывала на площадь из окна башни, наблюдала за Шеном в надежде, что он придет в себя, а пугающая энергия вокруг него успокоится.

Серый лис остановился, уставившись на красавицу, за спиной которой отчетливо были видны девять невероятно пушистых черных хвостов.

— Ты еще кто? — потребовала разъяснений лисица.

— А тебе какое дело?

— Я тут живу! Незваным гостям тут не рады!

— Я не гость, — высокомерно заявил лис. — И прояви побольше уважения, мне уже тысяча лет!

Лиса надменно посмотрела на один его хвост.

— Дурачишь меня?

— Я не дух лиса, а дух меча!

Удивившись, лисица принюхалась и признала:

— Пахнешь подобно Волчаре…

Лис не понял, что она назвала имя, и возмущенно воскликнул:

— Смерти ищешь?! Какой еще волчара?! Ты что, не лисица, а крот, что не видит, кто находится перед ним?!