Книга Злодейский путь!.. [том 9], страница 214 – Эл Моргот

Шен намеревался заверить старейшину, что контролирует ситуацию и заберет у лисы допуск, однако, когда начал говорить, с уст сорвалось совсем другое. Это было правдой, и наличие в его жизни лисицы и Онэ было важным для Шена. Он вдруг осознал, что будет отстаивать этих неоднозначных членов своей семьи до последнего.

Лев посмотрел на него так, будто мысленно прикидывал, не повредился ли старейшина пика Черного лотоса рассудком, а если повредился, то насколько это необратимо.

— Разве не глава Шиан твоя семья? — уточнил он.

Шен вздохнул и внезапно заинтересовался синим фонариком, стоящим в окне.

Лев долго молчал, хмуря брови, и, наконец, произнес:

— Я не буду поднимать вопрос об этом духе на совете.

Шен чуть сдержался, чтобы ядовито не поблагодарить его за милость. Решив, что самое время сменить тему, он спросил:

— Так о чем ты хотел со мной поговорить?

Лев скорчил кислую мину и вытащил из-за пазухи знакомую Шену тетрадь. Осознав, что в суматохе совершенно забыл о дневнике дяди Шеина, оставшимся сохнуть в доме травницы, Шен порозовел от смущающей досады на собственную безалаберность.

— Собирался отдать дневник Ир Шеина племяннику, но вот уж не уверен, тот ли передо мной человек. Ты все еще входишь в семью Ир?

— Прекрати ерничать!

— Я спрашиваю со всей искренностью, — уверил его Лев.

Шен молча вытянул руку ладонью вверх. Лев вздохнул, неодобрительно покачал головой и вложил в нее дневник.

— Ты читал скрытое послание на форзаце?

Шен недоуменно приподнял бровь.

— Полагаю, оно проявилось, когда бумага намокла.

Переведя взгляд с Лева на дневник, Шен аккуратно открыл последнюю страницу. Там было пусто.

— Я нагрел страницу над огнем, и послание вновь исчезло, — пояснил Лев. — Полагаю, тебе всего лишь нужно намочить его вновь.

— И о чем там? — уточнил Шен, потянувшись за чайником.

— В двух словах? — Лев криво усмехнулся. — Ир Шеин признается, что это он создал секту Хладного пламени.

Чайник дрогнул в руках Шена, кипяток пролился на страницы дневника. Напряженно ожидая, пока проявится скрытый текст, Шен воскликнул:

— Зачем ему это было нужно?!

— Месть, я полагаю.

Шен все еще ожидал проявления послания, когда громкий стук в главные двери черного замка разрушил напряженную тишину. Шен замер в нерешительности, на мгновение ему показалось, что можно проигнорировать стук, ведь есть дела поважнее. Но по двери продолжали колотить, и удары, эхом разносящиеся по пустым залам и переходам, раздражали и не давали сосредоточиться.

— Кто набрался такой наглости, чтобы молотить в двери черного замка? — недовольно пробурчал Шен, поднимаясь на ноги.

Лев, не желающий упускать его из виду, направился следом.

Старейшина пика Черного лотоса хотел бы с раздражением резко открыть двери, но из-за их тяжести удалось лишь медленно приотворить створку, отчего эффект угрожающе-резкого проклятого старейшины смазывался. Пока створка приоткрывалась, Шену удалось сменить вид на холодно-надменный.

На пороге стоял Рэн.

Шен решил, что Ер снова занял его тело, ибо лишь этому типу было свойственно столь наглое поведение на Проклятом пике.

— Что тебе надо?

Рэн, не слишком смущенный его грубостью, глубоко вздохнул и заявил:

— Я пришел здесь жить.

Шену подумалось, что он ослышался.

— Ты — что?

Пока Рэн подбирал слова, Шен внимательнее рассмотрел его, заметил ошейник на шее и набитую полотняную сумку, перекинутую через плечо.