Книга Злодейский путь!.. Том 6, страница 148 – Эл Моргот

Муан протяжно выдохнул.

— Во-первых, то, что на четвертом уровне гробницы произрастают цветы духовного лотоса, не значит, что каждый уровень усыпан артефактами. Во-вторых, риски того не стоят. Эта гробница слишком опасна.

— Но Лунг Рит же смог…

— МНЕ ПЛЕВАТЬ НА ЛУНГ РИТА!

Шен аж вздрогнул от этого внезапного крика. Затем нахмурился, а бровь его чуть раздраженно задергалась.

— Идти в гробницу слишком опасно, – чуть успокоившись, закончил Муан.

— Не думаю, что…

— Нет! – отрезал мечник.

— Нет? – переспросил Шен. – То есть ты участвовать отказываешься?

Во взгляде Муана засквозила беспомощность.

— Я не могу запретить тебе, – признал он. – Но прошу тебя. Прошу на этот раз сделать так, как говорю я.

Шен долго смотрел на него. Он еще ни разу не видел Муана таким и не смог дать определение чувству, поселившемуся в его груди. Он не знал причину, но поверил, что мечник ведет себя так не из простого беспокойства.

— Хорошо-хорошо, – примирительно подняв руки, согласился Шен.

Муан пристально вгляделся в его лицо.

— Ты обещаешь мне?

— Обещаю без твоего согласия в безрассудства не ввязываться, – усмехнулся Шен.

Муан наконец выдохнул и чуть расслабился. Махнув рукой и предложив двигаться в сторону моста, Шен пошел первым и произнес:

— Похоже, ты многое знаешь об этой гробнице. Можешь хотя бы рассказать мне, отчего настолько беспокоишься?

— Мне нужно на вечернюю тренировку! – воскликнул Муан и, вскочив на меч, стремительно унесся прочь.

Нахмурившись, Шен проводил его полет взглядом. Поведение мечника было странным.

Шен обернулся на резиденцию главы ордена. Возвращаться сейчас не имело смысла. Завтра он все равно придет опять, чтобы поговорить с Шианом. Хотелось бы верить, что за ночь братишка не смоется из ордена.

Шен приземлился на площади у черного замка, вложил Смертельное лакомство в ножны и, сев на лавочку, уставился на далекие зеленые горы, чьи вершины все еще покрывал белый снег. Он растает к лету, Шен точно знает. Он провел в этом месте четыре сезона, без малого полный годовой цикл (конечно, если считать с «пропущенными» месяцами). Он смотрел на горы, меланхолично гадая, сможет ли увидеть их через год или два и будет ли этот вид казаться ему столь же упоительно красивым?

Как бы он ни старался отвлечься, когда оставался в одиночестве, мысли его то и дело возвращались к Алу. И это злило. Он не хотел так сильно переживать по этому поводу.

Он во многом был неправ, сделал не одну ошибку и все же хотел, чтобы Ал понял и простил его. И разве он может смириться и оставить все вот так? Что, если Админ и вовсе запутает юного главного героя? Или, хуже того, найдет способ переместить свое сознание в его тело?

Но как заставить Ала слушать после той обиды и ненависти, которую теперь вызывал в нем бывший учитель? Воображая их встречу, Шен не мог представить спокойного разговора. Разве что Ал выслушает его последние слова после того, как всадит клинок в его грудь.

Задача казалась почти неразрешимой.

«Напишу ему письмо!» – придумал Шен и расплылся в довольной улыбке. Идея показалась ему гениальной.

Тем временем Ал с хмурым видом и полным агрессии взглядом изучал место, где ему предложил пожить его «помощник» Демнамелас. И если Ал и был очень зол на Шена, то это еще не означало, что он решил примкнуть к секте Хладного пламени. И главу этой секты, посмевшего проникнуть в его мысли, нашептывать всякое и якобы «помогать», он ненавидел не меньше бывшего учителя. Теперь, когда Демнамелас не мог напрямую влиять на разум, Ал ясно вспомнил всю подлость этого человека.